Запрос на социальную справедливость огромен в России и во всём мире. Мы зря не отзываемся на него в государственной политике, ведь это наша важнейшая традиционная ценность.
Правда и справедливость всегда на Руси были определяющими в жизни народа. Всё мерили этой мерой: если дело по правде — то за него готовы были биться насмерть, если встречали несправедливость — то её пытались исправить, требовали праведного суда.
Новости партнеров
Капитализм потому не приживается в русском обществе, потому что мы не приемлем попрание справедливости капиталом. Никакие подачки и пособия не могут нас заставить закрыть глаза на то, что прибыль ради прибыли есть зло. И наоборот, мы готовы многое простить советскому строю за то, что тогда человек труда получал справедливые условия жизни, его дети были социально защищены государством.
Социальная справедливость — это не марксизм, и советские люди жили не столько по марксизму-ленинизму, сколько по русской традиции общины-семьи, где важным было справедливое распределение благ.
Сейчас, в момент пика гегемонии капитала и одновременно кризиса либерального империализма, запрос на справедливость становится всё острее. Недовольство зажравшейся компрадорской элитой как части мировой олигархии — это общее настроение миллионов людей от США и Аргентины до Европа, Азии России и в том числе Китая, где несмотря на казни коррупционеров красные миллиардеры не переводятся.
Даже на Украине наряду с националистическим угаром в обществе растёт огромное недовольство зажравшейся элитой, которая наживается на войне и бедах людей. Только агрессивный милитаризм киевской пропаганды не позволяет ему вырваться наружу. Призыв к справедливости будет воспринять украинцами «на ура» и может быть повернуто против западных марионеток. В этом призыве также огромный потенциал для примирения, поскольку это наша общая ценность.
Но тут есть важный нюанс. Требование справедливости должно начинаться с вопроса к себе — справедлив ли я к другим? К сожалению, зачастую мы требуем справедливости от других, но не от себя. Это удобно и приятно, но как раз несправедливо.
К примеру, человек нередко считает, что кто-то рядом незаслуженно много имеет материальных благ. Но надо при этом честно ответить себе, а заслуживаю ли я всё, что имею? Человеку свойственно жаловаться на несправедливость окружающего мира — но надо спросить себя, а все ли я сделал для его улучшения? Это и отличает разумное желание справедливости от разрушительного левачества, которое ведёт человека по пути ненависти и революции. Первое позволяет бороться с причиной, второе — с последствиями.
Тот, кто сформулирует новую формулу социальной справедливости без марксизма, сможет поднять за собой миллионы. Тот, кто соединит справедливость и патриотизм, станет основателем нового общества. Дай Бог, чтобы это была Россия.
