В США склонны либо радикально переоценивать, либо радикально недооценивать российский потенциал
Любопытное признание пресс-секретаря американского Белого дома. Перед тем, как сбежать со своего собственного брифинга после неудобного вопроса про злополучного сына президента Байдена Хантера, Карин Жан-Пьер неожиданно выдала «военную тайну»: в первые несколько дней после начала СВО в Вашингтоне ожидали, что «Киев будет взят прямо сейчас».
Учитывая то, что произошло потом и происходит сейчас, это признание может показаться не более чем историческим курьезом. Но на деле оно является не курьезом, а отражением более широкой и важной тенденции: в США склонны либо радикально переоценивать, либо столь же радикально недооценивать военный, политический и экономический потенциал Москвы.
Новости партнеров
Началось все в далеком 1957 году, когда СССР утер нос США, первым запустив искусственный спутник Земли. В Америке восприняли это не просто болезненно, а сверхболезненно.
Запуск крошечного космического аппарата превратился в глазах публики и части элиты в указание на то, что главный соперник Америки может значительно опережать ее в сфере развития передовых военных технологий.
1961 год, новый щелчок по носу Вашингтона: первый полет человека в космос. Тот факт, что их вновь опередили, был для американского сознания настолько невыносимым, что подвиг Юрия Гагарина оказался практически вычеркнутым из коллективной памяти в США.
Во второй части своей книги воспоминаний «Прыжок веры» один из первых американских астронавтов Гордон Купер много и трогательно рассказывает о своем общении с советскими космонавтами. Но Юрия Гагарина он упоминает мимоходом только один раз и при этом коверкает фамилию, называя его «Гаргариным».
Во второй раз волна паники – Москва нас опережает, мы безнадежно отстали! – накрыла США в 70-е годы. В 1974 году профессор университета Чикаго Альберт Уолстеттер написал нашумевшую статью, в которой утверждалось, что ЦРУ систематически преуменьшает размер советского военного потенциала. Аргументы профессора, которые впоследствии были опровергнуты как полностью несостоятельные, оказались в момент своего формулирования очень убедительными для американской верхушки. В какие-то моменты в США даже всерьез полагали, что СССР близок к победе в Холодной войне.
Перенесемся теперь в наши дни. После неожиданного для Вашингтона распада СССР (ЦРУ ничего подобного не прогнозировало) в Америке почти полностью списали Россию со счета. Отсюда систематический игнор многочисленных предупреждений Москвы о том, что расширение НАТО рано или поздно приведет к «непоправимым последствиям».
В Америке считали эти «непоправимые последствия» блефом, пустой политической риторикой, которая не выльется ни в какие значимые практические действия. Когда в феврале 2022 года подобные значимые практические действия все-таки последовали, в Вашингтоне, как только что признала рупор Байдена Карин Жан-Пьер, сначала де-факто списали со счета официальный Киев, а потом ударились в противоположную крайность: всерьез поверили в то, что Украина способна нанести России стратегическое поражение.
Новости партнеров
Что мы видим сейчас? То, что, когда речь заходит об Украине, у той части американской элиты, которая заправляет в Конгрессе, очень короткая продолжительность концентрации внимания. Обычно этот термин (short attention span) используется в ходе обсуждения проблем воспитания детей. Мол, какое время они способны усидеть за учебниками?
Но здесь его применение тоже более чем уместно. Убедившись в том, что «взять Москву одной стремительной кавалерийской атакой» не получится, в Конгрессе начали постепенно терять интерес к украинской проблематике.
Зеленский, как «товарищ Берия» из озорной советской политической частушки, «не оправдал доверия», превратился в еще одного скучного и нудного просителя, отказать которому совсем как-то не очень удобно, хотя, наверное, уже и хочется.
Конечно, это сильно упрощенный и в каком-то смысле излишне оптимистичный взгляд на ситуацию. СВО еще не закончена. Россия на Украине еще не выиграла. Но чтобы такой выигрыш стал реальностью, Москве надо очень хорошо понимать психологию американской элиты в принципе и то, как меняются ее взгляды на украинский кризис в частности.
Комментируя в феврале 2022 года начало СВО, Байден использовал термин war of choice (имеется в виду то, что у Путина была возможность не начинать военные действия). Однако чем ближе мы к февралю 2024 году, тем очевиднее становится: если украинский кризис и является для кого-то war of choice, то именно для Америки.
Я не утверждаю, что Америка готова отказаться от этого «выбора» (так, если кто не знает, переводится слово choice). Но Америка точно осознала, что у нее есть подобная возможность.
Вот, собственно, и весь контекст, в котором прозвучало заявление Карин Жан-Пьер. Рупор Белого дома попыталась настроить Конгресс на оптимистичный лад, напомнив про пессимистичные (для Америки) ожидания февраля почти двухлетней давности. Но вряд ли этот риторический прием сработает.
«Качели» американского политического процесса двигаются сейчас в откровенно невыгодном для Киева направлении. А как знает каждый, кто пытался остановить хорошо разогнанные качели, сделать это ох как непросто.
