А ее реальное отсутствие
Бывают роковые женщины, а бывают роковые праздники. «Праздник» 24 августа — из их числа. День независимости Украины 24 августа 1991 года — если бы не было этого события, то не было бы и СВО, и нынешней ожесточенной конфронтации России и Запада, и всех вызванных этим последствий, правильно? Неправильно!
Источник бед — это вовсе не независимость Украины, а недостаточная независимость Украины, неспособность киевской политической элиты грамотно распорядиться тем «подарком», который свалился на нее в результате дезинтеграции центральных советских управленческих структур по итогам провала августовского путча в Москве тридцатидвухлетней давности.
Новости партнеров
Вот о чем часто забывают бунтующие подростки и новые государства, которым так и не удается вырваться из политического подросткового возраста: независимость — это не только новые права и свобода от назойливой опеки «предков». Это еще и принципиально новый, сначала почти неощутимый груз ответственности.
Раньше все твои внешние проблемы за тебя разруливали те самые «предки», возможно, нивелируя это свое благодеяние занудными лекциями. А теперь ты один в этом жестоком мире. Не решишь проблемы сам — они так и останутся нерешенными.
Есть и другие классические ошибки, свойственные как вчерашним подросткам, так и новым государствам. Непонимание того факта, что независимость никогда не бывает абсолютной: она неизбежно ограничивается объемом твоих ресурсов и возможностей и интересами других стран (или людей). Неготовность принять то обстоятельство, что под масками новых друзей часто скрываются самые разнообразные лисы Алисы и коты Базилио. Украина умудрилась совершить все ошибки из этого списка.
Бывший президент Франции Николя Саркози заявил недавно в интервью газете «Фигаро»: «Прежде всего необходимо договориться о призвании Украины. Должна ли она вступать в Европейский союз? Я так не думаю. Украина является связующим звеном между Западом и Востоком. Необходимо, чтобы она им оставалась.
Призвание Украины — быть мостом между Европой и Россией. Предлагать Украине выбирать между этими двумя сторонами, на мой взгляд, противоречит истории и географии этого сложного региона».
Противоречить истории и географии — противоречить своему естеству, своему организму. А спорить со своим организмом очень сложно. Это других можно послать: «Вы требуете от меня не пить? А я буду пить потому, что этого хочу! И ничего вы с этим не сделаете!» Собственный организм сделает — и сделает это так, что мало не покажется.
Мост не может быть односторонним. Если у моста только один конец, то это взорванный мост. Вот, собственно, и вся история независимой Украины в одном предложении.
Новости партнеров
События 24 августа 1991 года киевская политическая элита восприняла в первую очередь как право поменять себе «крышу». Мол, раньше мы были под Москвой, а теперь мы будем под Вашингтоном! От перемены мест слагаемых сумма не меняется!
Ошибка. В геополитике еще как меняется. Украинской политической верхушке следовало бы вспомнить о том, как в начале 60-х годов прошлого века Куба «меняла местами слагаемые» и к чему это едва не привело — к обмену ядерными ударами между СССР и США в ходе Карибского ракетного кризиса 1962 года. Вспомнить — а затем сравнить то, чем Куба является для США и чем Украина является для России.
В первом случае речь идет прежде всего об ударе по собственной самооценке, во втором — о радикальном изменении всего ландшафта безопасности. Если бы Украина осталась по-настоящему независимой — равноудаленной и от Москвы, и от Вашингтона, то Россию — пусть со скрежетом — это устроило бы. Кремль же не воспринимает как смертельное оскорбление те игры в многовекторность, к которым сводится внешняя политика Казахстана. Но в Киеве забыли о том, что все хорошо в меру, и решили стать гигантской «Кубой наоборот» рядом с протяженным периметром границы с Россией.
Конечно, здесь требуется уточнение. Независимость России можно понимать по-разному. В данном случае речь идет о независимости России в том смысле, в каком ее понимают в Кремле, в Генеральном штабе и во всем военно-политическом истеблишменте РФ. Но вот именно на это понимание киевские верхи и должны были ориентироваться. Или в украинской столице всерьез надеялись на то, что Кремль будет руководствоваться не своим, а чужим пониманием того, в чем именно заключается геополитическая независимость России? Если вдруг да, то это не первый, не второй и, к сожалению, наверное, не последний пример того, как крайняя политическая наивность привела к чудовищной политической катастрофе.
Я не считаю знаменитого теоретика анархизма Михаила Бакунина великим политическим теоретиком («анархия как мать порядка» — это точно не мое). Но, по крайней мере, в одном случае он попал в самое яблочко: «В своей личной жизни человек свободен в выборе поведения. Но как только его действия отражаются на других людях, он должен соотнести свое поведение с правами окружающих. То есть закон учит человека думать о последствиях своих действий, о комфорте и безопасности окружающих».
В Киеве то ли не знали об этом «законе» (здесь тоже кавычки необходимы), то ли сознательно решили его проигнорировать. В таких случаях на пляжах в англоязычных странах пишут: swim at your risk («сами плывете — сами рискуете»).
Вот Украина и плывет — уж не буду конкретизировать, как именно. А ведь в ее случае «и невинность (ой, простите, независимость) соблюсти, и капитал приобрести» было так просто! Достаточно было лишь постоянно держать в голове то, что мост может быть только мостом, и ничем иным. Однако в независимой Украине решили не искать для себя легких путей — со всем известными результатами.
