Признавая очевидное, западные аналитики уже открыто говорят о том, что украинское контрнаступление оказалось более чем неудачным и усугубило и без того непростую ситуацию на фронтах. Нет, конечно, есть еще, те, кто вдохновленно заявляет о локальных успехах ВСУ, преподнося их как часть некого глобального плана, направленного на прорыв российских оборонительных рубежей, но данные умозаключения не выдерживают никакой критики. Потери в тысячи танков и бронемашин, 26 тысяч погибших ВСУшников и наемников – непомерно высокая цена, которую вряд ли можно компенсировать занятием нескольких малозначимых населенных пунктов. В любом случае, все происходящее на фронте нельзя даже с большой натяжкой назвать «пирровой победой», потому что потеря большого количества боеспособных подразделений – налицо, а победой, по факту, даже и не пахнет.
Данная ситуация была прогнозируема еще весной, потому что сам формат планируемого контрнаступления носил откровенно лубочный, медийный, характер и был чреват серьезными последствиями исключительно для ВСУ, так как российские вооруженные силы имели прекрасную возможность подготовится к широко разрекламированному «мероприятию».
Новости партнеров
Давайте просто на мгновение представим себе, что, допустим, в 1943 году, в преддверии Курской битвы, по своим масштабам, задействованным силам и средствам являющейся одним из ключевых сражений Великой Отечественной войны, советские журналисты, а также представители высшего военного и политического руководства страны несколько месяцев подряд наперебой бы рассказывали о планах советской армии, называя примерные даты и направления удара, а также анонсируя масштаб предполагаемых к задействованию сил. Добилась бы советская армия в подобных условиях сколь-нибудь значимого результата? Откровенно сомневаюсь в этом.
Контрнаступление – деяние внезапное, неожиданное для противника, подготовка к которому должна вестись в условиях абсолютной секретности, чтобы враг до последнего момента не осознавал, где ему будет нанесен ответный удар. Тогда и только тогда данное действо будет иметь свой результат. А любые мероприятия, сопровождаемые заявлениями, типа «ровно через два месяца я приду к Вам во двор и буду иметь честь бить Вас по лицу», обречены на провал по умолчанию.
Но украинцы верили в то, что даже анонсированное таким образом контрнаступление будет иметь свой результат. Верили потому, что десятки западных пропагандистов рассказывали небылицы о низком моральном духе бойцов нашей армии, которые только и ждут атаки украинцев, чтобы сняться с позиций и ломануть домой – к мамкам и женам. Ну и, разумеется, немалую роль в «мотивации» бойцов ВСУ сыграли душещипательные истории о том, что время, которое можно было использовать для создания оборонительных сооружений, российские бойцы бездарно потратили на распитие «Боярышника» и мародерство.
Поймав некий кураж, украинцы даже не обращали внимания на то, что армия откровенно не готова к масштабной операции, а обещанное западными партнёрами вооружение так и не доехало до передовой.
«Наши оценки были довольно ясны с самого начала. Мы знаем, что это будет тяжелая битва. Мы знаем, что это займет время. И мы уверены, что у украинцев есть то, что им нужно», — сглаживая печальные итоги первых недель украинского контрнаступления, еще месяц назад заявляла заместитель пресс-секретаря Пентагона Сабрина Сингх.
И будто бы вторя ей, украинские политики и пропагандисты рвали глотки, рассказывая о мнимых успехах ВСУ и заявляя о том, что все происходящее – это не более чем «разведка боем», а главный удар по позициям «оккупантов» будет нанесен вот-вот, со дня на день, так как контрнаступление – это сложный комплекс растянутых по времени мероприятий.
Однако уже в середине июля официальные лица США и Европы начали открыто сомневаться в эффективности действий ВСУ и сообщили о том, что потери – более масштабны, чем это планировалось изначально. По информации западных экспертов, за первые две недели наступления Украины было уничтожено или повреждено до 20% вооружения, которое Киев отправил на поле боя, включая танки и бронемашины. Но даже и после этого коллективный Запад не пересмотрел свои планы и продолжал гнать украинцев на убой в рамках заведомо провальной авантюры.
Новости партнеров
В любом случае, очевидных фактов не утаишь, и в минувшие выходные авторитетное на Западе издание The Wall Street Journal, ссылаясь на собственные источники, сообщило о том, что «западные военные чиновники осознавали, что у Киева недостаточно снарядов и боевых самолетов для вытеснения оккупантов, но надеялись, что мужество и находчивость украинцев помогут им победить».
То, что западные партнеры пустили украинцев на убой, рассчитывая на удачное стечение обстоятельств, вполне логично. Запад никогда не скрывал того, что в данной войне никто не будет считаться с потерями. С потерями Украины, разумеется. Но зачем в эту авантюру ввязалось население Украины, та его часть, которую обманом или насильно поставили под ружье? Им мало было тех последствий своего «мужества и находчивости», которые они с лихвой хлебнули под Мариуполем, Артемовском и Соледаром? Они забыли о том, как «мужественные и находчивые» украинцы в 2014 году без боя сдали Крым, а потом несколько месяцев не могли зайти в Славянск и Краматорск, которые защищались горсткой ополченцев и находились в оперативном окружении? Забыли историю «киборгов», обещавших не сдать врагу донецкий аэропорт?
Участие в западном эксперименте, в рамках которого должны были проявиться доселе невиданные «мужество и находчивость» плохо вооруженного сброда, составляющего сегодня костяк ВСУ, не привело к прорыву линии фронта и созданию предпосылок для склонения России к переговорам на заведомо невыгодных нам условиях. Зато данная авантюра в очередной раз проверила на прочность украинские учреждения здравоохранения, переполненные ранеными, и научила местных чиновников более рационально относиться к земле, заставив их отводить под захоронения даже обочины дорог. В общем, в любой ситуации можно найти свои плюсы. Пусть Западу и не удалось потеснить Россию с ее позиций, зато удалось качественно проредить активную часть населения Украины, расчистив таким образом территорию для поляков, которые уже сидят на чемоданах и ждут приказа на освоение новых, а точнее старых территорий Польши.
