Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков выступил с поистине сенсационным заявлением. По его словам, Владимир Путин через пять дней после попытки мятежа встретился в Кремле с руководством ЧВК «Вагнер». Главные итоги встречи.
«…Президент имел такую встречу. Он пригласил на неё 35 человек. Всех командиров отрядов и руководство компании. Включая самого Пригожина. Эта встреча состоялась в Кремле 29 июня. Длилась она почти три часа», — рассказал пресс-секретарь.
Новости партнеров
Дмитрий Песков заявил, что президент «дал оценку действий компании на фронте в ходе СВО, а также дал свою оценку событий 24 июня, выслушал объяснения командиров и предложил им дальнейшие варианты трудового применения».
В этом, надо сказать, нет почти ничего нового: практически сразу по окончании мятежа было известно и многократно подтверждалось на разных уровнях, что репрессий против бойцов ЧВК не будет. Каждый, кто хочет, сможет продолжить службу в войсках, заключив контракт или отправившись со своей группой в Белоруссию. Сенсационной кажется именно личная встреча президента со вчерашними мятежниками.
Что это было?
Нет числа различным версиям того, зачем Владимиру Путину понадобилась эта встреча с «вагнерами» и что означает раскрытие информации о ней спустя почти 10 дней. Что имел в виду президент, разрешая своему пресс-секретарю рассказать общественности об этой встрече? Наверное, так следовало бы сформулировать вопрос.
Ответ на него пытаются сегодня дать многие эксперты.
«Президент ставит гражданский мир в стране выше личных обид. А вот у политической элиты будет много вопросов и неизбежная дискуссия о границах допустимого», – полагает глава холдинга «Минченко-консалтинг» политолог Евгений Минченко.
Нельзя не отметить, что дискуссия о границах допустимого может иметь только один вывод: никогда в дальнейшем такая, вежливо говоря, самодеятельность, как 24 июня, никому безнаказанно спущена не будет. Уникальный опыт тем и ценен, что остаётся уникальным.
Разумеется, есть и иронические описания происходящего. Например, политолог Алексей Чадаев замечает: «Пригожин пролез вне очереди на прямую линию с президентом».
Новости партнеров
А один из телеграм-каналов удачно описал встречу президента с командирами ЧВК как «возвращение блудных сыновей». Шутка хороша ещё и тем, что вину блудного сына перед отцом в библейской притче никто никогда не оспаривал: речь не о том, что он не виноват, но о том, что превыше вины бывает милосердие.
Верные солдаты Верховного
Шутки шутками, однако самые важные слова на встрече произнесли сами бойцы «Вагнера». По словам Дмитрия Пескова:
«Они акцентировали, что являются убеждёнными сторонниками и солдатами главы государства и Верховного главнокомандующего».
Раз так, как пишет политолог Павел Данилин, хотя нигде не сказано, что отношение президента к мятежу изменилось, не изменилось и отношение к рядовым бойцам и руководству «Вагнера»:
«Встреча президента – это сигнал для 20 тысяч бойцов «Вагнера». Разбрасываться таким количеством штурмовиков не рачительно. Ни режиссёр не нарисует, ни бабы не нарожают. Так что людей надо беречь».
Беречь ценных людей, настоящих защитников Родины, – вероятно, это и есть главный или один из главных мотивов, которыми руководствовался президент, назначая встречу и выслушивая командиров ЧВК.
Что с того?
Разумеется, помимо рациональных, сейчас озвучивается и какое-то количество конспирологических версий относительно причин и следствий решения президента встретиться с Пригожиным и его людьми. Однако есть предположение, что на самом деле всё очень просто.
Владимир Путин фактически помиловал мятежных бойцов и командиров ЧВК вместе с их основателем. Он ни на секунду не заблуждался насчёт опасности мятежа, но так же ни на секунду не сомневался в том, что на мятеж решились патриоты, возможно, запутавшиеся, неверно оценивающие ситуацию, но в то же время несущие с собой, что называется «окопную правду».
Новости партнеров
Владимир Путин как Верховный главнокомандующий не раз показывал, что заинтересован в ничем не приукрашенной информации с фронта и из новых регионов.
Мы не раз узнавали о том, что он общается не только с верхним слоем военачальников, руководящих СВО, но и с командирами отдельных подразделений. Мы видели, как президент лично встречается с офицерами и рядовыми.
С этой точки зрения общение с «вагнерами» – не более чем продолжение той же линии: узнать, что происходит не из аналитических записок и не из докладов генералов с большими звёздами, но из первых уст. От тех, кто не щадил себя на передовой. Принять решение не о том, чтобы наказать фронтовиков, но о том, как разрешить противоречия между ними и «штабными», и о том, как дать возможность каждому на фронте проявить свои лучшие качества.
Эти качества будут проявлены в том наступлении, которого все мы ждём. Как знать, может быть, теперь с севера относительно границ Украины.
