Ссора Трумэна с Маршаллом в проекции на незалежную
Суть стратегии и планируемых итогов украинского контрнаступления вкратце такова: выйти к Крыму, превратить полуостров в осадно-простреливаемый насквозь, но непосредственно туда «не заходить». Затем, на принудительных переговорах к поздней осени 2023 года, потребовать от РФ признать ЛЮБЫЕ обязательства по безопасности и компенсации Украине, которые предложат западные страны с «первой скрипкой» — США.
Американский президент Джо Байден в интервью CNN сформулировал это так: «Украина пока не готова к вступлению в НАТО» (что неудивительно, к лишним формализированным обязанностям Альянса никто не торопится — авт.), но США согласны предоставить этой стране после завершения вооружённого конфликта с Россией гарантии безопасности по «израильской схеме». Для понимания «схемы», надобно кое-что вспомнить и провести параллели.
Новости партнеров
Америка далеко не сразу и с восторгом приняла разделение Палестины. Доходило до игнорирования распоряжений и откровенной ссоры в верхах между президентом Трумэном и секретарём Госдепа Маршаллом (который с Планом), последний даже сказал, что проголосует на выборах против Трумэна, если тот признает еврейское государство.
Чистая прагматика: немножко евреев и много-много «ресурсных» арабов, вроде бы понятно, чью сторону следует выбрать: «мы должны быть с теми, у кого нефть» — говорили американские противники Израиля. Казалось бы, вполне проецируется и на РФ до определённого этапа — Украине мы [они] будем сочувствовать, а с Россией (с её ресурсами) работать.
В этой связи любопытна публикация Штатного аналитика Уильяма Аркина в Newsweek’е, рассказывающая про «тайные договоренности» во время визита директора ЦРУ Бернса в Россию в ноябре 2021 года. Якобы, администрация Байдена не только погрозила, но и пообещала «активно не вмешиваться», ограничившись отдельными «ограничениями» против РФ, если Киев быстро падёт, а Москва не станет «эскалировать эскалацию» всё дальше.
Поэтому и прозвучали оттуда американские заявления про «три дня» (готовили общественное мнение, заявили там — подхватили тут). Поэтому и «Спецоперация» — ограниченно-быстрое действие и во времени, и в пространстве. Спецоперация в её истинном значении не удалась, США начали переобуваться, как и в ситуации с тогдашним Израилем.
Любопытно, но на старте еврейского государства «руку помощи» первой протянула Европа (она и с Украиной возбудилась прежде Америки), конкретно — Франция. Опять же по соображениям чисто практическим: Париж рассчитывал сохранить колонии и влияние в регионе, для чего нуждался в союзном «форпосте», куда направлялась военно-техническая помощь. Но с уходом из Алжира надобность в «сильном Израиле» отпала, французское сотрудничество устремилось к нулю.
Зато «развязалось» американское — до 1960-х годов США осуществляли поставки оружия сугубо на коммерческой основе (к примеру, партия истребителей Hawk в 1962 г.), при этом мешали многочисленные административные барьеры. После 1968 года (Кэмп-Дэвидские соглашения) ситуация разительно изменилась. Ведь вначале взаимодействие США с Израилем рассматривалось вяло, лишь в парадигме традиционного противостояния «распространению коммунизма» вообще и Советскому Союзу в частности.
Но вот зазвучали ультиматумы, чреватые «нефтяным эмбарго» 1973 г. (вспомним: «НАТО к границам 1997 года!»), и в Вашингтоне категорично переформулировали новые цели: Израиль должен стать мощнее своих соседей! При соблюдении, конечно, некоторых условий Тель-Авивом (чтоб без головокружения от успехов): согласование оборонных заказов, внешняя координация военно-промышленной политики страны и заокеанский контроль над применением поставленных вооружений.
Новости партнеров
Израиль не всегда соглашался с американской опекой, за это Конгресс США всегда уменьшал объём запланированного заранее «вспомоществования». Но сила, ведь, не в одних танках и пушках заключается… Например, за десятилетку с 1991-го по 2011-й из всех 24 вето, примененных Соединенными Штатами, 15 были использованы для защиты Израиля…
Однако достаточно про тех, актуальнее про этих. Какие-то гарантии США Украине по «израильскому типу» после минования горячей фазы противостояния с РФ почти неизбежны. Они аргументированы пока что «невступлением Украины в НАТО» и ожидающимися инвестициями в «восстановление». А инвестициям необходимы поручительство безопасности и обязательство невозобновления вооруженного конфликта, который в любом случае не закончится «удовлетворением» обеих сторон.
«Какие-то гарантии» — не значит точно «такие же» и даже сопоставимые, как в прошлом с Израилем. Россия на переговорах способна воспротивиться слишком уж откровенной милитаризации Украины (вдобавок к уже имеющейся). Но подобная «жёсткая позиция» зависит, будет ли она иметь к этому моменту в заложниках «насквозь простреливаемый» Крым, или контрнаступ обойдётся лишь «контрзаступом».
