Убийство экс-премьера Японии Синдзо Абэ, совершенное в городе Наре во время выступления на уличном митинге накануне выборов в верхнюю палату парламента, стало такой оглушительной новостью, что на ее фоне как-то разом потерялись и отставка премьер-министра Великобритании Бориса Джонсона, и дипломатическая холодная война на встрече G20 на Бали, и все другие мировые события вместе взятые.
Утром в пятницу бывший моряк сил самообороны Японии 41-летний Тэцуя Ямагами дважды выстрелил в экс-премьера страны Синдзо Абэ из самодельного огнестрельного оружия во время предвыборного митинга в городе Наре. Абэ был госпитализирован на вертолете спасательных служб, врачи сделали ему переливание крови и на протяжении несколько часов боролись за его жизнь, но так и не смогли спасти. Свой поступок нападавший объяснил тем, что ему не нравились политика и поведение Синдзо Абэ, однако он подчеркнул, что не имел ничего против непосредственных политических взглядов бывшего премьера.
Новости партнеров
Покушения на политиков и государственных лидеров, зачастую меняющие ход мировой истории, такие как выстрел в Сараево, убийства Джона Кеннеди, Улофа Пальме, Индиры и Раджива Ганди, в каждом конкретном случае имеют свою мотивацию, свою подоплеку. Общим знаменателем может служить лишь то, что покушаются на фигуры первой величины, на знаковых политиков и лидеров, с которыми связана целая эпоха в жизни страны и мира. Бесцветные технические функционеры, даже занимающие высшие государственные должности, киллерам не интересны.
Именно такой фигурой-мишенью из-за своей неубиваемой харизмы, возможно, последним в истории современной Японии политиком-эпохой был Синдзо Абэ. Два года назад он ушел в отставку не потому, что надоел нации, а из-за того, что физически уже не мог выполнять свои обязанности в связи с тяжелым заболеванием.
До этого он управлял страной c перерывами целое десятилетие — с 2006 по 2007 и с 2012 по 2020 годы.
Это рекордный для Японии срок, учитывая, что в последние три десятилетия в стране сменилась пара десятков премьеров, ломающихся очень быстро, в отличие от прочных и надежных японских машин, телевизоров и холодильников.
Оставленная Синдзо Абэ ниша, возникшая после его ухода пустота так и не была заполнена. Оказалось, что заполнять просто некому. Его несостоявшимся преемником стал его верный, но при этом бесцветный ученик Ёсихидэ Суга, не продержавшийся в кресле премьера и года. Что же касается сменившего его нынешнего японского премьера Фумио Кисиды, то он в определенном смысле выступает антиподом Синдзо Абэ.
Имевший невысокий рейтинг и в собственной партии, и в общенациональным масштабе, Фумио Кисида лишь в самый последний момент был избран на пост лидера правящей Либерально-демократической партии (ЛДП), хотя фаворитом гонки изначально был другой кандидат — Таро Коно. В итоге сотым по счету премьером Японии осенью прошлого года стал политик, лидерство которого на тот момент не признавали ни партийные массы, ни большинство избирателей.
Так уж устроена японская политика, в которой премьера избирает не народ, а некий коллективный разум в виде руководства бессменно правящей в стране Либерально-демократической партии. Что-то вроде советского политбюро на японский манер. Выбранное не народом, а этим японским политбюро первое лицо добросовестно озвучивает лишь то, что политбюро от него требует.
Новости партнеров
Фактически японской политике противопоказано появление первых лиц, наделенных яркой харизмой. Их появление — в определенном смысле исключение, аномалия. Таким исключением был Синдзо Абэ.
Хотя он уже два года не управлял страной, в глазах улицы именно он оставался национальным лидером. Почему? Премьер Абэ создал свою экономическую модель — «абэномику», но никакой «суганомики» или «кисиномики» после него в Японии так и не возникло.
Наконец, Синдзо Абэ был не только последним крупным японским политиком, но и последним японским лидером, видевшим свою историческую миссию в том, чтобы поставить точку в споре о Южных Курилах и подписать мирный договор с Россией. Когда после начала украинского кризиса 2014 года отношения России и Запада накрыла первая волна кризиса — восемь лет назад не столь сильная, как сегодня, Япония, несмотря на солидарность с Западом, до последнего пыталась «откосить» от войны санкций и вводила их по минимуму (сейчас это происходит по максимуму — почувствуйте разницу).
В связи с покушением на бывшего японского премьера МИД России, назвавший случившееся «актом терроризма», выступил с заявлением, в котором говорится: «Знаем Синдзо Абэ как выдающегося политического деятеля, внесшего неоценимый вклад в развитие российско-японских отношений во всех областях на путях выстраивания взаимного доверия и добрососедства».
Общение Синдзо Абэ и Владимира Путина оставалось дружеским и наполненным прагматичным смыслом, несмотря на то что погода в отношениях России и Запада стремительно портилась. В декабре 2016 года в ходе визита Владимира Путина в Японию лидеры двух стран даже согласовали текст совместного заявления об условиях и форме совместной хозяйственной деятельности на четырех южнокурильских островах. Владимир Путин выразил тогда надежду, что его визит внесет «существенный вклад в развитие российско-японских отношений».
Впрочем, сегодня это уже история.
В то время как отставной морпех расстрелял живую легенду японской политики, действующий премьер Кисида добивает и хоронит наследие его российской политики. «Окно возможностей», которым была для российско-японских отношений эпоха Абэ, закрылось, а новое никогда не откроется.
Теперь все совсем по-другому.
