Любая мелочь может стать актуальной, если о ней заговорят все…
Что сегодня характерно для большинства отечественных изданий? На мой взгляд, мелкотемье. Вот недавний пример: Мария Гайдар, дочь бывшего премьера Егора Гайдара, приглашена на работу к одесскому градоначальнику Михаилу Саакашвили. Информационный повод вполне себе ничтожный. Если судить по-взрослому, то какое, собственно, нам дело до того, что Маше захотелось в Одессу к Мише? Пусть себе едет и будет счастлива. Если сможет. Пусть насоветует Мише, как вести социальную политику на черноморских пляжах. Что насоветует? Не наше дело. Да и не интересно. Давайте оставим девушку в покое. Ведь вся «вина» её, вернее, причина, которая привлекла к ней внимание, только в том, что она носит фамилию отца — главного мелодекламатора отечественного либерализма с вывихом в тезисы «экономикса».
Ну что с того? Пусть себе носит. И не важно, каким был её отец, плохим или хорошим, дочь за отца не отвечает.
Вроде обычное событие в жизни отдельно взятой гражданки, но всё-таки из мухи сделали слона. Отозвались почти все бумажные и электронные издания. Спрашивается: неужели это так актуально? Отвечают: да. Для кого? Для тусовки. А что такое тусовка? Что за гриб и с чем его едят? Обычный суррогат того, что раньше называли «высшим светом». Причем, не первой свежести. Как осетрина в буфете театра варьете у Булгакова.
Чем эти гламурные люди занимаются? О чем говорят? В основном, друг о друге и о Путине. Проводили Машу в Одессу, и тут же занялись бесконечным сериалом с участием Ксении Собчак. На титульной странице одного весьма авторитетного издания анонсирован заголовок: «Следим за ножками Собчак».
Других, что ли, нет? Выходит, нет. Не зря еще Пушкин писал: «Едва ли вы в России целой найдете пару стройных женских ног». Наконец, нашли. И двухсот лет не прошло, а они тут как тут — ножки теледивы Ксюши Собчак.
Ксюша, кстати, тоже носит фамилию отца — пламенного революционера эпохи позднего Горбачева и раннего Ельцина. Это делает девушке честь. Как и Маше. Надо помнить своих отцов, даже если не отвечаешь за их проделки.
Чем еще занимаются на тусовке? Ежедневно муссируются одни и те же имена: Навальный, Кудрин, Ходорковский, Чубайс, Шендерович, Белковский, Хакамада, Сванидзе и палочки Альфреда Коха. Ну и еще пара дюжин имен. К словам и действиям этих людей общественное внимание не ослабевает. Они — апологеты почившего в бозе либерализма, труп которого препарируют изо дня в день с аномальным наслаждением некрофилов. Каждый из них, при всём корпоративном единстве мыслей и слов, сходит с ума по-своему. Хакамада помешалась на «сексе в большой политике», а Сванидзе уже больше 30 лет страдает от неразделенной любви к генералиссимусу Сталину: «Он с именем этим ложится и с именем этим встаёт». Но дальше всех пошел интеллектуальный гуру современных либералов Станислав Белковский. Ему, наконец, стали известны «тайные мысли» Владимира Путина. Оказывается, единственное, о чем сейчас думает президент, объявил Белковский, это «аннексировать» себе место в истории, то бишь встать в один ряд с Юлием Цезарем, Карлом Великим, Наполеоном и Сталиным.
Такой гуру.
Такая непотопляемая идеология, ортодоксы которой живы и пишут, уверенные в том, что ведут борьбу «с режимом». В чем обвиняют «режим»? В том, что он «аннексировал» Крым, ввел войска на Украину, сбил «Боинг» и убил Немцова. Представители «новой российской государственности» утверждают, что всё как раз наоборот — Крым присоединили по воле крымчан, российских войск на Украине нет, «Боинг» сбил Порошенко, а убийство Немцова пока в ведении Следственного Комитета.
И это безумие надолго. Средства массовой информации в подавляющем большинстве только поддерживают градус общего сумасшествия, шествуя по мелководью в поисках плотвы. Мелочь, но актуально.
А ведь любая мелочь на самом деле может стать актуальной, если о ней заговорят все. И если коэффициент публичного внимания в разы выше незначительного факта, то мелочь, заслуживающая не более пяти-шести строк в подвале газетной полосы, может вырасти в дутое, но все-таки резонансное событие.
Где нарушается мера, там начинается абсурд.
Вадим Андреев
