Из всех трех главных событий уже ставшего историческим 21 февраля — впервые проведенным публично заседания Совета безопасности, обращения Владимира Путина и признания вместе с подписанием договоров с Донецкой и Луганской народными республиками, ключевым стало, конечно, обращение президента. Потому что Путин не просто объяснял логику и причины своих действий — он говорил о том, что такое Россия. И обращался не только к нашим гражданам — но, как он специально подчеркнул, и к соотечественникам на Украине.
Это было не обращение о признании ДНР и ЛНР — хотя именно оно и стало поводом и главным принятым вчера Путиным решением. Нет, это было объяснение нашего отношения даже не к событиям на Украине, а к Украине как таковой.
Новости партнеров
Украине, которая не просто соседняя страна, а «неотъемлемая часть нашей собственной истории, культуры, духовного пространства», наши друзья и родственники:
«Издавна жители юго-западных исторических древнерусских земель называли себя русскими и православными. Так было и до XVII века, когда часть этих территорий воссоединилась с Российским государством, и после».
При этом современная Украина, напомнил Путин, «целиком и полностью была создана Россией, точнее большевистской, коммунистической Россией». В том числе и за счет собственно российских, не имевших вообще никакого отношения к малороссийской (то есть украинской) части страны, земель. И это искусственное образование получило независимость в 1991 году не потому, что боролось за нее, а потому что неумная политика руководства КПСС, «поверхностная и популистская болтовня о демократии и светлом будущем» (Путин не стал прямо называть Горбачева) расшатала единую страну, спровоцировав сначала рост национализма и сепаратизма, а потом и развал государства.
Россия признала и эту новую реальность — но что мы видим спустя тридцать лет? То, что Украина превратилась в инструмент чужой игры против России, в «колонию с марионеточным режимом», как сказал Путин, которая еще и «может быть использована как передовой плацдарм для атаки на Россию»:
«Если бы это услышали наши предки, то они бы в это не поверили. И нам не хочется в это верить» — эти слова Путина говорят о его чувстве ответственности перед русским народом во всей его совокупности: нашими предками, нами самими и нашими потомками. Невообразимое — русских используют против русских, одна часть русских земель используется для создания угрозы против другой. Это абсолютно недопустимая ситуация для любого народа, и уж тем более для русских, которые столько сил и времени потратили на собирание своих земель и своего народа, на защиту от чужеземных завоевателей.
Для России категорически неприемлема атлантизация Украины — и Путин снова подтвердил, что мы требуем от Запада отказа от расширения на Восток. Ради борьбы с Западом за Украину Путин почти восемь лет не признавал отколовшиеся от постмайданной Украины республики — надеясь, что ради примирения с ними Киев (под внешним давлением) изменит направление своего движения, пойдет на внутренние реформы, откажется от превращения в анти-Россию. Эта надежда уже давно была практически иллюзорной, но Москва все равно не оставляла попыток добиться хотя бы того, чтобы Запад признал наши интересы на Украине, согласился на ее нейтральный статус и перестал использовать незалежную как инструмент для давления на нас.
Все эти годы Донбасс жил в подвешенном положении — не потому, что боялся, что Россия его сдаст (это было исключено), а потому что социально-экономическое положение непризнанных республик было тяжелейшим. Да, Россия помогала им, но все равно это была не жизнь, а выживание.
Новости партнеров
Официальное признание республик позволит вернуть нормальную жизнь в Донбасс — его экономика будет восстановлена в привязке к России. Никакой угрозы для них со стороны Украины больше нет — подписанные договоры о дружбе и взаимной помощи с Россией делают любые украинские провокации стопроцентно самоубийственными. Но Путин на всякий случай предупредил:
«От тех, кто захватил и удерживает власть в Киеве, мы требуем незамедлительно прекратить боевые действия. В противном случае вся ответственность за возможное продолжение кровопролития будет целиком и полностью на совести правящего на территории Украины режима».
Что делать с остальной Украиной? Киеву не нужен был Донбасс — еще в 2015-м Порошенко был готов отдать его России. Так может быть, признание республик стало большим подарком для Киева? Там уже звучат и такие голоса — все, теперь мы свободны от внутренних конфликтов, нас могут принять в НАТО. Нет, не могут, потому что Россия не просто ставит под сомнение субъектность Украины как государства (не говоря уже о киевской власти) — «устойчивой государственности на Украине так и не сложилось», сказал Путин, но и не снимает свои требования к Западу об отказе от планов включения страны в альянс. Никакая Украина не может быть принята в НАТО — это для России вопрос необсуждаемый.
Потому что Украина — это Россия, пускай и существующая сейчас в качестве независимого (но не от западного влияния) государства. Русские земли никогда не станут плацдармом для угрозы России — эту простую мысль Запад не может игнорировать. Можно, конечно, попытаться не заметить наши предупреждения, но что-то подсказывает, что даже англосаксонские державы не рискнут на такое.
Сейчас Запад, конечно, отреагирует на признание резким осуждением и возмущением, но серьезных санкций не последует. Зато будет новый раунд истерики насчет неминуемого русского вторжения — теперь уже под видом отвоевывания территорий ДНР и ЛНР. Ведь большая часть Донецкой и Луганской областей, которые и стали ДНР и ЛНР, находится под контролем Украины — и кто помешает теперь Москве, которая разместит свои вооруженные силы на территории ДНР и ЛНР, оказать Донецку и Луганску помощь в отвоевывании территорий?
Никто и ничто — кроме чувства ответственности перед русским народом по обе стороны границы. Это чувство присуще Путину и русским — государственнический инстинкт, начисто отсутствующий у нынешней украинской элиты.
Ничто — кроме чувства любви к своему народу, уважения к предкам и знания собственной истории. Присущее русским — но не киевским временщикам.
Ничто — кроме нежелания проливать кровь своих братьев и отвращение к одной лишь мысли о гражданской войне, пусть и в форме войны двух государств.
Новости партнеров
Поэтому Россия не будет проливать кровь одураченных, но невинных братьев, но не оставит в покое тех, кто хочет продолжить строительство Украины как анти-России. Не только в Киеве — но и в западных столицах. Донецк и Луганск вернулись домой — на очереди остальная Украина. В исторической перспективе — но история творится на наших глазах.
