МИД России заявил, что Москве срочно нужен ответ Вашингтона на переданные ему в конце прошлой недели российские предложения по гарантиям безопасности. Ситуация, мол, сложная. Да, положение во всём, что связано с Украиной, а также на других направлениях давления Запада на нашу страну не просто сложное, оно тяжёлое, но давайте внимательно разберёмся и в нём самом, и в предлагаемом руководством нашей страны решении по его нормализации.
Можно, конечно, спустя три дня после его появления настаивать на скорейшем ответе Запада на наше, по сути дела, требование гарантий безопасности, но усилит ли требование скорейшего ответа, извините за тавтологию, собственно требование гарантий? Нет, не усилит. Как и появление документальных «гарантий безопасности» реальную безопасность нашей страны тоже не усилит. Политическое напряжение вокруг Украины — да, несколько спадёт, но что это даст на перспективу?
Новости партнеров
Да и это ли сейчас украинское направление является главным направлением усилий Запада по подрыву России? По-моему, Запад больше волнует, останется ли Россия на глобалистской позиции по вакцинации и цифровому контролю за населением или не останется, и ради этой цели он будет готов даже создать видимость уступок в других вопросах.
Или возьмём другую сторону дела. Что толку, если в бывших республиках — новых государствах не будет натовских войск, но будут местные шовинисты, которые будут притеснять и изгонять русских?
США и НАТО уже, по сути дела, ответили нашему руководству в том духе, что да, мол, мы за диалог, но сначала Россия должна… Другими словами, с политической и практической точек зрения опубликованные проекты договоров мало что изменили. Пропагандистский выигрыш продлится недолго.
В 2005 году наш МИД «сам» отказался от продуктивной идеи сопроводить заключение договоров о границе с Латвией и Эстонией подписанием деклараций об основах отношений между нашими странами, которые давали бы нам некие «гарантии» добрососедства со стороны прибалтов. По крайней мере, гарантировали бы от выдвижения нам территориальных претензий, которые, как известно, потом последовали из Риги и Таллина. Может быть, сейчас решили исправить эту ошибку? Время, однако, упущено — и на прибалтийском, и на украинском направлениях. В делах с Украиной положение могут исправить только кардинальные внутриполитические изменения в Киеве, практическое влияние на которые с нашей стороны было нами же самими в 2000-е годы сведено до минимума. Тогда корпоративные интересы взяли верх над интересами общенациональными.
Что, интересно, скажет российский МИД, когда разговора в предложенном нашими дипломатами Западу ультимативном ключе не получится? А его не получится, во-первых, потому что мы приучили Запад к тому, что он наши увещевания и даже предупреждения может игнорировать, а во-вторых — потому что слишком мы всё ещё слабы экономически и политически.
Между тем утраченные в 1991 году территории надо возвращать умной политической работой, сопровождаемой понятным экономическим «убеждением». Военная сила должна присутствовать, но в качестве камня за пазухой из известной сказки «Шемякин суд». Или «бронепоезда на запасном пути». Главный же инструмент, гарантирующий и безопасность, и «собирание земель», — это наша собственная внутренняя политика. А здесь у нас, как мы знаем, далеко не всё благополучно.
Итак, если наша страна останется на пути суверенизации, в близкой перспективе военный конфликт с Западом того или иного рода неизбежен. В любом случае это будет промежуточное столкновение, за которым последует новый этап борьбы. С прицелом на него надо исходить из того, что в долгосрочном плане желаемый пояс безопасности вокруг России мы можем создать только сами, и для этого не требуется ничего иного, кроме политической воли, в основе которой — независимость правящего слоя от привязок к Западу. История 7 лет неурегулированности конфликта в Донбассе говорит именно об этом.
