Понемногу выгорают последние недели лета, что означает массовый сбор урожая всевозможных сельскохозяйственных культур. В этой связи The New York Times резко и очень сильно озаботилась ситуацией вокруг черноморских портов Украины в целом и перспектив аграрного экспорта в частности. Авторы издания тревожатся, что текущие системные удары по портовой инфраструктуре Одесской области и грузовым судам, пытающимся попасть или выйти из этих портов, могут привести к срыву экспортных программ, что, в свою очередь, спровоцирует глобальный продовольственный кризис. Вот прямо так дословно и пишут.
NYT с опорой на украинскую статистику сообщает, что только за первые два месяца лета ударам подверглись не менее 50 торговых судов, в результате чего их поток практически иссяк, что в сумме с попутными ударами по пакгаузам и погрузочным терминалам в портах практически парализовало перевозку всех видов грузов. Президент Ассоциации портов Украины Дмитрий Баринов рассказал американским журналистам, что наши армия и флот применяют тактику морских так называемых дронов-ждунов, которые курсируют на некотором удалении от украинского берега и атакуют подходящие цели. NYT обвиняет Кремль в изощренном коварстве, ведь начало упомянутых ударов совпало с началом уборочной кампании.
Новости партнеров
Правда, авторы, как всегда, забывают упомянуть, что все происходящее является ответом на неприкрытый морской терроризм со стороны Украины, проводимый уже не первый год против любых морских и прибрежных объектов России — от Крымского моста до пляжей Краснодарского края. Например, буквально накануне выхода обсуждаемой статьи Киев нанес удар по порту Новороссийска, причем в качестве целей осознанно были выбраны зерновые терминалы.
Смысловой лейтмотив тут же подхватили различные издания. Из чулана достали пыльную методичку 2022 года, гудя на всех углах, что, если Москва немедленно не прекратит препятствовать судоходству в районе черноморских портов Украины, мировой рынок продовольствия пойдет вразнос, а под угрозой голода окажутся порядка 70 миллионов несчастных детей Африки. На впечатлительных граждан с короткой памятью это, может, и подействует, а все прочие отлично помнят выступление Владимира Путина зимой 2023-го. Тогда наш президент, оперируя точными цифрами товарной логистики Украины, в пух и прах разгромил западные кривляния относительно так называемой Черноморской зерновой инициативы, на которую Москва пошла из гуманитарных соображений. Вектор экспорта пресловутого украинского зерна и прочих сельскохозяйственных культур по итогам 2023 года внезапно оказался направлен вовсе не в Южный Судан или Нигерию, испытывающие многолетний продовольственный кризис, а в страны Евросоюза. Восемь из десяти тонн украинского зерна и масла очутились в Великобритании, Франции, Испании и ряде других не менее «голодающих» стран.
Впрочем, обеспокоенность Соединенных Штатов и Евросоюза совершенно понятна.
Американцы переживают о получении плановой сезонной прибыли, ведь, только по официальным данным, американские финансовые и агропромышленные холдинги распоряжаются минимум 40-50 процентами украинских черноземов, а кулуарно называют долю в 70 процентов. Точно установить пропорцию довольно сложно, так как украинское законодательство запрещает прямую продажу пахотных земель иностранцам, однако в реальности применяется целый ряд различных схем обхода — от массовой опосредованной аренды земельных наделов до совместных предприятий.
Для понимания размерности приведем некоторые официальные цифры.
Только за январь — февраль текущего года Украина нарастила объем сельскохозяйственного экспорта на 9,3 процента — до девяти миллионов тонн, за что выручила свыше четырех миллиардов долларов. По итогам же первого полугодия профильный экспорт год к году вырос на 11 процентов, принеся поставщикам 12,6 миллиарда долларов. В целом же поставки агропродукции за рубеж принесли в казну 60 процентов всей валютной выручки. Американо-украинский профильный ресурс Latifundist отмечает, что за год поставки в Европу по отдельным направлениям увеличились до 12 процентов, за что пришлось заплатить порядка семи миллиардов долларов.
Если углубиться в детали, то вой на болотах становится еще более понятен.
Новости партнеров
Например, максимальный экспорт кукурузы Украина показала по итогам 2024 года, когда удалось отправить за море 29,6 миллиона тонн. В 2025-м поставки сократились до 17,9 миллиона, а в текущем году украинская таможня оформила всего 8,3 миллиона тонн. Далее по аналогии. Пшеница — 20,6 миллиона в 2024-м, 13,6 миллиона — годом позднее и всего два миллиона в текущем. Ячмень — 5,6 / 1,6 миллиона тонн и ноль в моменте. Семена подсолнечника — 2,7 / 0,06 миллиона тонн и аналогичный ноль сейчас. Соевые бобы — 3,4 / 3,4 и 0,6 миллиона тонн. Список достаточно длинный, но динамика более чем наглядная.
Таможенная служба Украины по состоянию на начало мая (в сравнении с показателями 2022 года) констатировала сокращение экспорта пшеницы на 44 процента, ячменя — на 62, овса — на 65 и ржи — на 62. В связи с этим сейчас через средства массовой информации на Западе активно нагнетается истерия с упором на то, что Москва своими действиями якобы нарушает Международное морское право и Конвенцию ООН по морскому праву. О том, что Украина, науськиваемая кураторами, первой развернула волну морского террора и наносит удары по акватории не только Черного, но и Азовского и Каспийского морей, как всегда, тактично умолчали.
Неизвестно, какие цели ставили перед собой авторы доктрины ограничения российского судоходства, но добились они лишь того, что торговля крупнейшими товарными позициями Украины вроде кукурузы и пшеницы теперь ведется исключительно с разрешения Москвы. Надеемся, там все довольны.
