Украина превратилась в государство-наемника
Наткнулся на днях в Интернете на высказывание великого немца Иоганна Вольфганга фон Гёте: «Трус посылает угрозы только тогда, когда он уверен в безопасности». Не желаю впадать в пропагандистский раж и поэтому отказываюсь втягиваться в дискуссию на тему, является ли Владимир Зеленский трусом или нет. Но то, что в последние несколько месяцев у киевского начальника резко прибавилось уверенности – медицинский факт.
Зеленский ведет себя как политик, чей тыл очень прочно прикрыт. Украинский руководитель блокирует содержательные переговоры с Москвой, грозит Крыму некой масштабной военной операцией, выкатил ультиматум Лукашенко, намекнув на возможное нападение на Белоруссию, увеличивает масштаб дальнобойных ударов вглубь России и задирает даже такого союзника Киева как Польшу.
Новости партнеров
Вопрос: на чем основана уверена Зеленского в своем всесилии и в своей безнаказанности? А вот то, что представляется мне наиболее убедительной версией ответа: киевскому начальнику удалось превратить свои владения в геополитический аналог Швейцарии. Не той, естественно, Швейцарии, которая есть сейчас – исключительно богатой страны, чьей главной мировой специализацией является надежные банковские услуги. Речь идет о той Швейцарии, какой она была несколько столетий тому назад.
Каждый, кто смотрел телерепортажи из Ватикана, знает о наличии при дворе Папы Римского швейцарской гвардии – бравых молодцов в причудливой средневековой военной форме. Но не каждый знает о происхождении этой традиции. Вот оно, это происхождение: в прошлые исторические эпохи Швейцария была исключительно бедной страной, чьим главным «экспортным товаром» были наемники. Такая «экономическая специализация» началась в XIV веке и потихоньку изжила себя только в веке XIX.
Солидный исторический отрезок, который породил в том числе такую французскую поговорку: «Нет денег – нет швейцарца». Перефразирую эту поговорку в соответствии с текущими геополитическими реалиями: нет европейских денег – нет и настроенного на бесконечное продолжение военных действий против России режима Зеленского. Но в том-то вся и «соль»: эти европейские деньги есть – и продолжат быть в обозримом будущем.
При Зеленском на Украине возникла уникальная (по крайней мере, по меркам XXI века) экономическая модель. Страна вошла в симбиотические отношения с Европой: «богатые буратино» из Берлина, Парижа и так далее осыпают киевскую политическую элиту золотым дождем (в финансовом смысле этого понятия), а та в ответ мобилизует свое население на вооруженную борьбу с Россией.
Населению – или, давайте более аккуратно – части населения это не очень нравится? В глазах Зеленского эта проблема решаема: щедро финансируемый за счет денег той же Европы репрессивный аппарат ТЦК справляется со своими обязанностями. Мирные отрасли экономики загибаются? В глазах Зеленского это тоже не проблема. Сокращение одних статей доходов можно компенсировать за счет того же внешнего финансирования.
С точки зрения Европы, подобная «сделка» тоже является очень выгодной. Деньги – в том числе украденные проценты с замороженных российских активов – у неё есть. И вообще: в отличие от людей, деньги – это ресурс, который при умелой постановке дела возобновляется с достаточно большой степенью легкости. А в умении «ставить дело» Европе не откажешь.
Охотно верю в то, что из-за разрыва связей с Россией в Европе убыстрились процессы деиндустриализации. Но убыстрились они не настолько, чтобы не подкреплять наемные украинские людские ресурсы инновационными военными технологиями. Поэтому мы сейчас и имеем то, что имеем: удары по российскому топливно-энергетическому комплексу, удары по тыловом российским городам, попытки оторвать Крым от остальной территории России.
Новости партнеров
На данном этапе схема «Украина как Швейцария» работает. И это исключительно серьезный долгосрочный вызов для нашей страны – и в контексте идущих сейчас военных действий, и в контексте того мироустройства, которое когда-нибудь возникнет после их окончания. Придуманная Зеленским «рационализаторская схема», скорее всего, переживет самого Зеленского – пусть в иной форме, но переживет.
