Почему европейские потребители СПГ отказываются от долгосрочных контрактов на поставку СПГ из США
Американские разработчики проектов по сжиженному природному газу (СПГ) ожидали, что Европа станет краеугольным камнем рынка их экспорта. И к их удивлению, Старый Свет все чаще избегает долгосрочных контрактов.
В этом году топ-менеджеры возвращаются с отраслевых встреч и конференций, где обычно заключаются сделки, с пустыми руками. Подписано всего одно новое долгосрочное соглашение — между США и Грецией.
Новости партнеров
Несколько экспортеров газа заявили, что переговоры с европейскими коллегами за последние несколько месяцев вызвали большой интерес, но твердых обязательств по СПГ практически не было, поскольку потенциальные покупатели опасаются чрезмерной зависимости от Америки.
Происходящее они описывают как «культурный диссонанс», в котором европейцы «довольны переговорами», в то время как американцы… просто хотят заключать сделки, пишет агентство Bloomberg.
В результате европейские компании предпочитают закупать топливо на спотовом рынке — по текущим ценам и без долгосрочных обязательств.
Такой подход дает гибкость, но делает Европу уязвимой перед возможными, если не неизбежными, скачками цен. Американским поставщикам приходится искать альтернативные рынки, в первую очередь в Азии, где интерес к долгосрочным контрактам сохраняется.
Экономист международник Юрий Горохов согласен с тем, что Европа не спешит полностью отдаваться США в поставках:
— Европейцы и в самом деле боятся чрезмерной зависимости от США — это самый весомый фактор на данный момент. Парадокс ситуации в том, что Европа уже стала критически зависима от американского СПГ, например, Германия получает 94% своего импортного СПГ из США.
Отношения между США и Европой стали менее предсказуемыми после введения жестких пошлин Дональдом Трампом и изменения подхода США к обеспечению безопасности на континенте в пользу европейского «самообслуживания».
Новости партнеров
Декарбонизация и «зеленый курс» тоже влияют на газовую повестку. Европейские компании не уверены, сколько газа им реально понадобится в будущем. Климатические прогнозы подразумевают сокращение потребления ископаемого топлива. Заключать контракты до 2040-х годов, не понимая будущего спроса, коммерчески неоправданно. Компании предпочитают гибкость спотового рынка, покупки «здесь и сейчас», а не долгосрочные обязательства.
— Однако, ставка на спот — это палка о двух концах. В 2022 году европейцы на себе прочувствовали, как спотовые цены на газ достигали $3000 за тысячу кубометров.
— Отказ от долгосрочных контрактов с фиксированной формулой цены делает Европу заложницей любой биржевой паники, будь то забастовка на терминалах в Австралии — крупнейшем экспортере СПГ в мире, или очередной виток конфликта на Ближнем Востоке. По сути, ЕС меняет политическую зависимость от США на рыночную волатильность, что в долгосрочной перспективе не менее рискованно.
С одной стороны, в 2025 году было заключено шесть контрактов на поставку газа, достаточного для обеспечения электроэнергией всего шести миллионов домовладений в Европе, тогда как там живет 450 миллионов народа.
С другой, из-за перехода европейцев на спотовые закупки американцы могут недополучить до $5 млрд инвестиций в ближайшие два года, так как банки кредитуют терминалы только при наличии пула долгосрочных контрактов.
Сбои в поставках катарского СПГ, вызванные конфликтом в Иране, отложили ожидания глобального избытка предложения как минимум на два года, заявило Международное энергетическое агентство.
— Может быть, Европа не спешит полностью отдаваться США в поставках СПГ потому, что ждут нашу трубу?
— Если коротко, то нет. По крайней мере, официальные объяснения политиков иные. Нынешняя европейская мантра: мы уже прошли через «энергетическую ловушку» с Россией и не хотим повторять её с США. Зависимость от одного поставщика делает экономику уязвимой для политического шантажа.
Новости партнеров
Европа активно ищет альтернативы и американцам, и русским. Норвегия остается крупнейшим поставщиком газа, 31% импорта ЕС. Катар — важный игрок, хотя поставки из зоны Персидского залива сейчас осложнены из-за конфликта с Ираном и блокирования Ормузского пролива. Северная Африка, Алжир и Азербайджан также рассматриваются как альтернативные источники.
Ожидание возвращения «российской трубы», в смысле пуска оставшейся ветки трубопровода «Северный поток», не представляется главной причиной. Это скорее один из фоновых факторов, который пока не имеет реальной экономической и политической основы. Это не драйвер текущего поведения европейских компаний, а политический нарратив, поддерживаемый определенными силами, но практического воплощения не имеющий.
Российские заявления есть, но их влияние ограничено. Глава Российского фонда прямых инвестиций (РФПИ) Кирилл Дмитриев заявляет, что «технически восстановление возможно» и что «здравые силы в Европе, в Германии это понимают». Однако это заявления российской стороны, а не решение ЕС.
Политическая поддержка в Европе есть, но она маргинальна, партия «Альтернатива для Германии» (АдГ) действительно выступает за восстановление «Северных потоков», но она не у власти.
Сроки восстановления — три года по оптимистичному сценарию. Согласно материалам Высокого суда Лондона, рассмотревшего иск Nord Stream AG к страховщикам, ремонт газопровода займет около 36 месяцев и потребует десятков миллионов евро только на закупку труб. Плюс необходимо снятие санкций, что сейчас маловероятно, считает эксперт…
При всём при том, импорт российского природного газа парадоксально растет. Он продолжает поступать в Европу в виде СПГ, который не требует трубопроводной инфраструктуры.
По данным Института экономики энергетики и финансового анализа (IEEFA), за первый квартал 2026 года, закупки российского сжиженного газа в ЕС выросли на 16% по сравнению с прошлым годом, достигнув почти семи миллиардов кубометров. Франция, Испания и Бельгия закупают наш газ, несмотря на планы полного запрета к концу 2027 года.
А возвращение «Северных потоков» — это политически чувствительная и технически сложная, долгосрочная перспектива, а не фактор, влияющий на текущие решения о контрактации американского СПГ.
Отказ Европы от долгосрочных контрактов не стал для американских экспортеров катастрофой. Они переориентируются на Азию, где спрос на СПГ, наоборот, растет, особенно в Китае, Индии и Южной Корее.
Азиатские покупатели готовы подписывать 20-летние контракты, привязывая их к нефтяным котировкам. Это создает парадоксальную ситуацию: Европа, стремясь к энергетической независимости, рискует в будущем оказаться в конце очереди за американским газом и платить спотовую премию, когда зимой цены взлетят.
Таким образом, главная интрига в том, останется ли у Европы к 2030 году хоть какой-то суверенитет в газовом вопросе или она неизбежно перейдет из одной зависимости в другую? Избегая долгосрочных контрактов с США, Европа пытается купить время и сохранить свободу маневра, но эта стратегия работает только до первой ценовой бури.
