«Дружбой, скрепленной кровью» назвал отношения Китая и КНДР Си Цзиньпин — его визит в Пхеньян привлек повышенное внимание. И не потому, что это первый за семь лет (и всего второй за все 14 лет руководства Китаем) визит Си в КНДР, а потому, что сами отношения двух соседей действительно вступают в новый этап. И это касается не только двух стран, не только всего региона, но и США, и тем более России. Не только потому, что Китай, КНДР и Россия имеют общую границу в районе реки Туманган, — сближение трех стран в последние годы приобретает все большее геополитическое измерение.
Нагляднее всего это проявилось в прошлом сентябре в Пекине, когда на торжествах по случаю 80-летия победы над Японией на трибуне на площади Тяньаньмэнь впервые вместе появилась «большая тройка» — Си Цзиньпин, Владимир Путин и Ким Чен Ын. Хотя глобальный вес КНДР несопоставим с влиянием Китая и России, участие ее лидера в праздновании годовщины победы не было просто данью истории — как и слова Си о дружбе, скрепленной кровью, отсылают не только к корейской войне 1950-1953 годов (единственной войне, в которой китайцы и русские сражались с американцами). За последние десятилетия КНДР стала первым в мире малым государством, не просто успешно выдержавшим давление США и предотвратившим американское нападение, но и фактически добившимся ядерного суверенитета. Да, КНДР стала девятой в мире ядерной державой — ее независимости и самостоятельности теперь ничего не угрожает. На фоне нападения США и Израиля на Иран, похищения венесуэльского президента Мадуро и давления на Кубу значение фактора ядерного сдерживания невозможно переоценить.
Новости партнеров
При чем здесь визит Си Цзиньпина? При том, что накануне южнокорейские и западные медиа пробрасывали тему о корейской ядерной программе: мол, КНР наверняка должна будет как-то подтвердить свою приверженность принципу денуклеаризации Корейского полуострова. Ведь раньше, в нулевые и десятые годы, Пекин делал это — почему бы не сделать и сейчас, косвенно указав тем самым Пхеньяну на то, что его с ядерным статусом не все так просто. Ну и заодно, дескать, Си тем самым покажет Киму, что не стоит так тесно сближаться с Россией, — все-таки Китай остается главным экономическим и геополитическим союзником КНДР.
Все эти измышления — а никакого другого слова тут не подберешь — были абсолютно надуманными. В реальности не было никаких оснований ожидать какого-либо (даже максимально завуалированного) китайского недовольства ядерным статусом КНДР — и не потому, что за день до визита Ким Е Чжон (сестра Ким Чен Ына) заявила, что ядерная программа КНДР является «абсолютно непереговорной» (это заявление на самом деле было сделано не для китайского лидера, а для Южной Кореи и Запада). Просто за время, прошедшее с последнего визита Си в Пхеньян (в 2019-м), мир изменился кардинальным образом — и ни Китаю, ни России уже нет никакой нужды играть с Западом в какие-то игры на тему корейской ядерной программы.
В 2017-2018 годах Трамп пытался добиться от Кима уступок по ядерной и ракетным программам: подогнал к полуострову авианосные группы, сделал много громких заявлений, дав тем самым возможность прессе гадать на тему будущего нападения США на КНДР. Но в итоге провел три встречи с Кимом — и все. Пхеньян вообще ни в чем не уступил — разве что прекратил на время ядерные испытания (когда в них уже и не было нужды). Потом Трамп проиграл выборы, а КНДР еще раз закрепила в конституции свой ядерный статус. А после начала конфликта на Украине Пхеньян стал надежнейшим союзником Москвы — поставки снарядов и отправка в Курскую область корейских военных снова, как и в 50-е годы, сделали нас «братьями по оружию».
Россия, как и Китай, фактически перестала соблюдать международный режим санкций против КНДР, которые были введены Совбезом ООН в 2006 году. В нулевые, а потом и в десятые годы Москва и Пекин поддерживали инициированные американцами ооновские санкции (то есть не использовали право вето при голосовании в ООН), исходя из своего тогдашнего понимания отношений с США. Но уже в конце прошлого десятилетия необходимость игры с американцами на корейскую тему исчезла, а снять санкции уже было невозможно из-за вето западных стран. В итоге действие санкций ООН истекло в 2024-м, и теперь КНДР находится только под санкциями Запада.
А Россия и Китай выстраивают прочный альянс с КНДР — каждая из стран со своей стороны, но и в рамках новой «большой тройки». Это не только военно-техническое (как у России) и торгово-экономическое (как у Китая) сотрудничество с Пхеньяном. Но и вполне возможные трехсторонние проекты, включая общие транспортные и логистические проекты на Тумангане. Три страны неизбежно придут к ним — и тогда их братство будет скреплено не только историей и кровью, но и общими точками роста и развития.
Так что на Дальнем Востоке действительно появляется «большая тройка» — и не только ядерная.
