Из-за обилия средств поражения ввести в бой колонны бронетехники невозможно — и русские поступят иначе
Весна 2026 года может стать не столько временем прорыва, сколько моментом окончательного оформления новой модели ведения боевых действий — позиционной, технологичной и крайне затратной. Несмотря на ожидания масштабного наступления России, оценки западных аналитиков и OSINT-экспертов все чаще сходятся в одном: классические сценарии прорыва здесь не работают.
Редактор американского издания War on the Rocks Майкл Кофман говорит, что теперь «маневр любого масштаба стал гораздо сложнее» из-за тотальной наблюдаемости поля боя.
Новости партнеров
Кофман прямо указывает на повторяющийся цикл: весной российская армия пытается вернуться к механизированным атакам. Хотя, вероятно, в этом году ВС РФ откажутся от такой тактики, поскольку она оказалась все же недостаточно эффективной. Причина — в глубоко эшелонированной обороне ВСУ и насыщенности фронта минами, ПТРК и дронами.
Эту оценку косвенно подтверждают и данные Института изучения войны (ISW): российские силы к началу весны восстановили оборонительные позиции и восполнили потери, и уже становятся понятны контуры будущего наступления.
Пока что текущие продвижения носят ограниченный характер. По данным ISW, российская армия заняла в марте несколько населенных пунктов, не достигнув оперативного эффекта. Это подтверждает главный тезис: идет накопление сил для крупного прорыва.
На практике российская армия уже изменила свою тактику — но вынужденно. Вместо масштабных бронетанковых ударов все чаще применяются малые штурмовые группы. ISW пишет, что ВС РФ используют «небольшие группы по 2−3 человека» для атак. Это соответствует наблюдениям Кофмана: российская армия продвигается за счет инфильтрации и накопления пехоты, а не прорыва фронта.
Такой подход позволяет добиваться тактических успехов, но имеет фундаментальный недостаток — он пока не масштабируется в оперативный результат. По словам Кофмана, фронт ВСУ «размывается», но не рушится.
Польский аналитик Конрад Музыка из Rochan Consulting справедливо отмечает: даже сам характер будущего российского наступления остается неопределенным. Это, вероятно, связано с тем, что российское командование решает, где именно сосредоточить силы. По оценке ISW, российская армия не будет одновременно наступать на всех направлениях.
Именно поэтому текущие бои распределены по широкой дуге: от Купянска до Гуляйполя, пишет американский аналитик из Института изучения внешней политики (FPRI) Роб Ли. Фиксируются продвижения сразу на нескольких участках, но ни одно из них не становится решающим.
Новости партнеров
Нельзя недооценивать и возможности ВСУ. Украинцы так боятся грядущего российского наступления, что судорожно пытаются снизить его потенциал до его начала, пишут аналитики ISW. Для этого украинцы наносят дальние удары по российской артиллерии, логистике и операторам дронов.
Более того, украинские действия в глубине — вероломные удары по системам ПВО и инфраструктуре — расширяют пространство военных действий. Киевский режим верит, будто способен ослабить российскую ПВО, чтобы наносить удары все дальше в тыл.
Отдельный фактор — погода. Весенняя распутица традиционно ограничивает использование тяжелой техники, однако по мере высыхания грунта окно для механизированных действий действительно открывается. Тем не менее, как подчеркивает Кофман, даже в ясную погоду вероятность успешного выхода к линии фронта для колонн техники остается низкой из-за насыщенности поля боя средствами поражения.
Ключевым же фактором остается технологическая трансформация. Как отмечает Майкл Кофман, сегодня важнее не количество танков, а «дроны, мины и огневая мощь». Это меняет саму логику наступления. Крупные механизированные колонны становятся уязвимыми, любое движение мгновенно фиксируется, а окно для маневра измеряется часами, а не днями. В этих условиях даже успешную атаку сложно развить в прорыв. По крайней мере, быстро.
С учетом всех факторов западные сценарии рисуют наиболее вероятный сценарий российского наступления. ВС РФ продолжат локальные механизированные атаки в «окна возможностей» и массовое применение небольших пехотных групп. Однако давление будет идти по всей линии фронта.
