Какие выводы в Кремле сделали из кризиса на Ближнем Востоке
За день до вспышки боевых действий на Ближнем Востоке на сайте Кремля появилось краткое сообщение, которое, как мне показалось, проскользнуло мимо сознания большинства наблюдателей: «Владимир Путин по видеосвязи провел оперативное совещание с постоянными членами Совета безопасности. Обсуждались вопросы, касающиеся укрепления основ конституционного строя. С докладом выступил министр юстиции Константин Чуйченко».
То, что на следующий день после этого мероприятия Америка обрушилась на Иран всей своей мощью, это, конечно, чистое совпадение. Или, вернее, так: намерение Кремля «укрепить основы конституционного строя» не было связано с грядущей военной авантюрой Трампа. Но вот когда эта авантюра стала состоявшимся фактом, руководство России убедилось в правильности своих намерений – а заодно и той картины мира, которую Владимир Путин публично описывал уже многие годы.
Новости партнеров
«Слабых бьют». «Товарищ волк кушает и никого не слушает» — вот две известные цитаты президента РФ, которые сразу приходят на ум и которые очень точно описывают нынешние принципы американской политики по отношению к Ирану. Наблюдая за этими «принципами» в действии, многие в России сделали следующий вывод: с американским «товарищем волком» и бесполезно, и даже вредно о чем-то договариваться. Он все равно предаст, обманет – и далее по списку.
Думаю, однако, что это не совсем тот вывод, который сделал ВВП. Путин изначально не питал никаких иллюзий в отношении «договороспособности» и «добросовестности» американцев вообще и нынешней американской администрации в частности. Хозяин Кремля изначально исходил из того, что весь политес Трампа в отношении России был основан на «старой доброй» гарантии взаимного уничтожения.
Если Америка перейдет некую черту (в силу достаточно очевидных причин не буду называть её красной), Россия её уничтожит – и наоборот. Из этого вытекает, что Америка не может себя вести по отношению к России так, как она ведет себя по отношению к Ирану. Это хорошая новость (на самом деле совсем не новость, но не важно). Однако есть плохая новость, которая тоже на самом деле совсем не новость.
Не имея возможностей «вдарить» по Москве по полной программе, Вашингтон будет такие возможности активно искать – или, давайте смотреть правде в глаза, уже давно активно их ищет и частично даже находит. Опосредованная война с Россией, в ходе которой режим Зеленского и выступает в роли прокси-оружия коллективного Запада и с легкостью пересекает красные линии Москвы, считая, что ему уже почти нечего терять.
Эта одна линия западной атаки, призванная размыть и деградировать российский потенциал. Вторая линия атаки – стремительное развитие науки и техники и беззастенчивая «прихватизация» той части мировой цифровой инфраструктуры, которая еще вчера позиционировалась как «глобальная» и «призванная служить всему человечеству». «Все человечество» сегодня по факту превратилось только в западную или даже только в американскую часть человечества.
Какая атака – такой и ответ на эту атаку. Сначала о сфере внешней политики. Путин не был настроен на то, чтобы дать Зеленскому «передышку», и до последних событий вокруг Ирана. Но после этих событий настрой ВВП на то, что нынешний киевский режим надо дожимать, как я подозреваю, только укрепился. В случае с Ираном американцы в лице улыбчивого визави Путина, доброжелательного мистера Уиткоффа, продемонстрировали свое умение использовать переговоры для того, чтобы ввести в заблуждение своего партнера по диалогу.
В силу причин, о которых я сказал выше, для Москвы это не повод перестать разговаривать с этим улыбчивым господином. Но это точно повод основывать договоренности с американцами не на любимой русской поговорке Рейгана «доверяй, но проверяй», а на такой её интерпретации: не доверяй и сто раз проверяй. И самой эффективной формой такой «проверки» будет максимально возможное ослабление нынешнего киевского режима – лишение его возможности «бузить».
Новости партнеров
Теперь о внутренней политике. В нынешнем мире в той ситуации, в которой находится Россия, «глобальное» (читай – американское) находится во все меньшей гармонии с «суверенным». И в случае с критической инфраструктурой страны, к которой безусловно относится сфера связи, Кремль однозначно будет делать выбор в пользу суверенного. Да, это намек на некий мессенджер – но далеко не только на мессенджер. И далеко не только на сферу связи.
Мы пока не знаем, какие именно идеи министр юстиции огласил в ходе своего выступления на Совете безопасности. Однако формулировка «укрепление основ конституционного строя», на мой взгляд, говорит сама за себя.
