Ситуация на Запорожском и Донбасском направлениях в прошедшую неделю характеризовалась серией локальных контратак ВСУ при одновременном сохранении общего наступательного давления со стороны российских подразделений на остальных участках фронта. При этом даже украинские источники подчёркивают, что действия ВСУ в Запорожской области не являются полноценным контрнаступлением. Речь идёт о тактических ударах ограниченного масштаба, задача которых — по возможности затормозить продвижение российских войск, выровнять линию соприкосновения и не допустить формирования выгодных для нас исходных рубежей.
Разоблачение трындежа украинских властей идет даже на уровне мониторинговых пабликов. Так, Зеленский заявил о «300 кв. км освобождённых территорий», но это не подтверждается картографией даже основного украинского OSINT-ресурса Deep State. Скорее, можно говорить об общей территории, где ВСУ пытались что-нибудь предпринять. Наиболее заметная динамика фиксировалась севернее Гуляйполя, где, с добавлением украинского оптимизма, кое-где возникли локальные изменения линии фронта. Аналогичная ситуация наблюдалась южнее Запорожья, но масштаб продвижений, по оценке украинских же аналитиков, не даёт оснований говорить ни о стратегическом переломе, ни об оперативном успехе.
Новости партнеров
Почему? Отсутствуют ключевые признаки подготовки крупной наступательной операции. Нет сосредоточения ударной группировки, массированного артиллерийского или дронового подавления, развёрнутой логистической инфраструктуры и концентрации бронетехники. Действия носят характер ротных и батальонных тактических контрударов. Это типичная модель сдерживания в рамках позиционной кампании.
В это же время российские войска продолжают продвижение на других участках. Отмечены подвижки западнее Красноармейска-Покровска, к юго-западу от Северска, а также продвижение по трассе на Славянск со стороны Артёмовска-Бахмута и в районе Платоновки на Лиманском направлении. Здесь также идут напряжённые встречные бои в «серой зоне», российские подразделения пытаются расширить плацдармы и усилить давление на подступы к городу. Что небезуспешно, по сути, уже можно говорить о начале боёв за непосредственные окраины Лимана.
Славянское направление остаётся наиболее чувствительным в оперативном плане. После взятия Северска российские части получили возможность вести наступление в сужающейся полосе между Северским Донцом и дорогой Славянск—Бахмут. Отмечаются продвижения в районе Никифоровки, Приволья, Новомарково, Миньковки, а также попытки выхода на рубежи, создающие предпосылки для давления на Славянско-Краматорскую агломерацию.
Таким образом, картина складывается следующая. Украинская сторона предпринимает локальные контрудары с целью сорвать темпы возможной российской подготовки к операции на Ореховско-Гуляйпольском участке и продемонстрировать наличие инициативы. Российская сторона, в свою очередь, действует по сходной тактической модели — постепенное «откалывание» позиций малыми штурмовыми группами, расширение серых зон, огневой контроль логистики, попытки улучшить конфигурацию фронта перед более крупной фазой.
Это не контрнаступление в классическом понимании и не стратегическая операция. Это этап взаимного тактического маневрирования в рамках позиционно-истощающего конфликта. Ни одна из сторон пока не демонстрирует развёртывания глубокой ударной группировки для выхода в оперативную глубину. Обе стремятся улучшить исходные рубежи, перераспределить резервы противника и накопить преимущества перед возможной летней кампанией 2026 года. Проще говоря, мы наблюдаем борьбу за инициативу и за выгодную стартовую позицию. Ресурсы расходуются дозировано, ставка делается не на прорыв любой ценой, а на постепенное формирование более благоприятной конфигурации фронта. Именно эта логика — позиционное давление, локальные контрудары и накопление предпосылок — и определяет текущую фазу конфликта.
Автор — политолог, публицист, замдиректора Института РУССТРАТ, шеф-редактор информагентства REGNUM, руководитель интернет-проекта «Империя»
