По итогам ночных оживленных прений отжать российские активы не получилось. И это стало крупным провалом европецских глубинников, прежде всего, главы Еврокомиссии Урсулы фон дер Ляйен и канцлера Германии Фридриха Мерца.
Напомню, в чем состоял план так называемого «репарационного кредита». Евросоюз должен был профинансировать поддержку Украины за счёт замороженных на территории ЕС российских активов, либо напрямую, либо через их использование в качестве залога. План был надёжный, как швейцарские часы. Во-первых, снять с бюджетов стран ЕС прямую финансовую нагрузку и избежать роста общего долга. Во-вторых, политически зафиксировать принцип ответственности России. В-третьих, создать инструмент долгосрочного давления: активы оставались бы замороженными до момента выплаты репараций, а в случае отказа — использовались бы для покрытия европейских обязательств.
Новости партнеров
Ещё накануне саммита Мерц публично называл репарационный кредит «единственным вариантом» поддержки Украины. Политически схема выглядела сверхпривлекательно: она позволяла демонстрировать жёсткость, не прибегая к формальной конфискации активов. Политически, подчеркну. Юристы обращали внимание на слабые места этой дури с самого начала. Потому что особой разницы, между «мы украли деньги» и «мы их у тебя взяли на неопределенный срок и отдадим, если ты нам выплатишь ещё больше денег» нет.
Однако на практике эта конструкция столкнулась с внутренним сопротивлением. Возражения носили не идеологический, а сугубо прагматический характер. Бельгийская сторона настаивала на неограниченном распределении финансовых рисков между всеми странами ЕС в случае возможных исков, потерь или прецедентов. Для ряда других столиц это означало принятие на себя ответственности за решения, последствия которых невозможно было точно просчитать — как в юридическом, так и в финансовом смысле.
В результате стало очевидно, что согласия по использованию российских активов в качестве основы кредита нет и в обозримой перспективе не будет. Репарационная логика оказалась политически токсичной не из-за симпатий к России, а из-за страха создать опасный прецедент для самой Европы.
Финальным решением стал компромиссный вариант: предоставление Украине кредита на 90 млрд евро сроком на два года за счёт выпуска общих облигаций ЕС, обеспеченных бюджетом союза. То есть, получилось всё наоборот желаниям Урсулы и Мерца.
Фактически Евросоюз взял на себя роль полноценного заёмщика и кредитора одновременно, разместив долг на собственных рынках. Российские активы при этом остаются замороженными, но не используются ни напрямую, ни в качестве обеспечения. Причём – 90 млрд евро придется брать на рыночных условиях, то есть, проценты будут как надо.
Чтобы сгладить очевидный провал, Мерц и Урсула заявили, что в будущем ЕС сможет погасить этот долг за счёт российских активов, если Россия не выплатит репарации. Однако для реализации подобного сценария потребуется новое политическое решение и повторное преодоление того же сопротивления, которое уже сорвало первоначальный план. Так что всё это не более, чем бла-бла-бла.
Есть нюансы и по самому решению о спасении Киева. В ходе переговоров Венгрия, Чехия и Словакия согласились не блокировать выпуск общеевропейского долга при условии, что сами они не будут участвовать в его финансировании. ЕС впервые оформляет крупный внешнеполитический финансовый шаг, при котором часть государств де-факто выходит из солидарного участия, не блокируя процесс формально. Внутренняя асимметрия становится платой за сохранение управляемости союза.
Новости партнеров
Орбан, Фицо и Бабиш показали, как реально защищать интересы своих стран на европейском уровне. Правые на следующих выборах в любой европейской стране получат еще больше голосов.
Хотели кинуть Россию на деньги и зафиксировать репарационную логику как факт — получилось увеличить долговую нагрузку самого ЕС. Хотели продемонстрировать решимость и единство — получилось компромиссное решение с исключениями, оговорками и неравномерным распределением ответственности. Так держать.
Автор — политолог, замдиректора Института РУССТРАТ, шеф-редактор информагентства REGNUM, руководитель интернет-проекта «Империя»
