Вокруг европейских активов двух крупнейших российских нефтедобывающих компаний продолжают сгущаться тучи. Американский санкционный каток, проехав Германию, Болгарию и Румынию, добрался до Сербии. Александр Вучич выступил с заявлением, что Белград, невзирая на ультимативное требование Вашингтона, не провел национализацию и не ввел внешнее управление над активами «Газпромнефти», а именно над нефтеперерабатывающим заводом NIS.
Официальный Белград по примеру Берлина, Софии и Бухареста направил обращение в Управление по внешним активам США (OFAC) с просьбой продлить действие санкционного моратория еще на 50 дней. Сербия обосновывает запрос тем, что завод в Панчево является крупнейшим производителем топлива в стране, а из-за введенных санкций уже сейчас наблюдаются проблемы с поставками исходного сырья из России. Дальнейшее давление приведет к непрогнозируемым последствиям, вплоть до тотального топливного кризиса государственного масштаба. Из выступления Вучича следует, что российская «Газпромнефть», которой принадлежит контрольный пакет в 56 процентов, уже ведет переговоры о продаже активов с неназываемой третьей стороной, но подобные сделки не заключаются впопыхах — и переработка нефти в Сербии может в скором времени полностью остановиться.
Новости партнеров
Краткая справка для понимания предмета торга.
Нефтеперерабатывающий завод в городке Панчево — это единственное профильное предприятие в стране, он входит в структуру компании «Нафтна индустрија Србије» (NIS). В год здесь перерабатывают порядка пяти миллионов тонн нефти и выпускают топливо стандарта «Евро 5», авиационный керосин, дизель, мазут, масла, битумы и сырье для нефтехимической промышленности. Внутри Сербии это фактически монополия, обеспечивающая до 80 процентов потребностей в топливе. Предприятие являлось государственным до 2008 года, когда в Москве было подписано соглашение о продаже материнской компании «Газпром» 51-процентного пакета акций, за что Сербия получила 400 миллионов евро и гарантийные обязательства от российского участника инвестировать в развитие проекта еще полмиллиарда евро. Тогда же, к слову, сербы подписали документы об участии в строительстве участка газопровода «Южный поток» и обустройстве подземного хранилища газа «Банатский двор», одного из крупнейших в Европе.
Присутствие и инвестиции «Газпрома» на протяжении почти 20 лет обеспечивали сербскую экономику и население топливом и широким спектром сопутствующих продуктов. Надо отметить, что официальный Белград до последнего тянул с применением санкций и сейчас пытается обеспечить максимально «бесшовную» передачу активов новым владельцам. В случае же, если прямая продажа не состоится, Белград готов ввести внешнее управление и предложить российским собственникам адекватную рыночную цену, то есть провести обратную национализацию критически важной отрасли.
А теперь от частного перейдем к общему, так как из-за масштабности происходящих событий и неравномерности их подачи в СМИ общая картина не всегда понятна и фрагментирована.
Ситуация с сербской NIS — это звено длинной цепи переформатирования и захвата европейского ресурсного рынка, запущенной Вашингтоном, в рамках чего американская администрация беззастенчиво использует и административный ресурс, и прямые угрозы.
В момент введения нефтяных санкций Вашингтон заявлял, что главной их целью является лишение России средств на продолжение войны, для чего нужно изгнать российские нефтяные компании из Европы, передав их активы любой третьей стороне. Буквально сразу выяснилось, что совсем не любой, а только той, которую одобрят Соединенные Штаты.
Когда закрутилась катавасия вокруг НПЗ в болгарском Бургасе, приобрести российские активы за 12 миллиардов долларов вызвалась Gunvor Group — группа компаний со штаб-квартирой в Швейцарии. Уже шли прямые переговоры с «Лукойлом», когда американская администрация прямо запретила эту сделку. Недоумение длилось считаные часы и развеялось с выходом статьи Financial Times, где со ссылкой на источники в американской администрации говорилось о системной работе США по «устранению из Европы последней молекулы российских углеводородов». Но не просто так, а с их заменой на американские ресурсы — и в этой схеме Вашингтону, лоббирующему интересы крупных американских финансовых групп, никакие «левые» участники были совершенно не нужны. Министерство финансов США заблокировало сделку с Gunvor, обозвав компанию и ее владельца Турбьерна Тернквиста марионетками Кремля.
Новости партнеров
И вот тут на сцену из-под покрывала вылез пресловутый слон.
Financial Times синхронно с Reuters опубликовали данные, что самый активный интерес к покупке российской собственности в Европе проявляет американский фонд Carlyle Group. Это один из крупнейших мировых инвестиционных фондов: под его управлением находятся активы стоимостью чуть менее полтриллиона долларов. Фирменный прием группы — это выкуп ценных, но в моменте сильно просевших по цене активов, находящихся, например, в стадии кризиса или банкротства крупных предприятий, с их последующей перепродажей. Естественно, по значительно более высокой цене. В случае с российскими нефтяными активами, скорее всего, можно говорить не о банальной спекуляции, а об установлении энергетической монополии внутри ЕС, так как Carlyle, опекаемый администрацией в Вашингтоне, нацелился на все сразу. Речь идет о приобретении комплекса, куда включена и транспортная инфраструктура, и мощности по хранению нефти и нефтепродуктов, и предприятия по переработке. Если у рейдеров все получится, России будет отведена роль поставщика ресурсов, так как уже предельно ясно, что заместить российский импорт по нефти и газу США физически не способны.
Именно на это толсто намекал Трамп, когда говорил, что после заключения мирного соглашения по Украине планируется полное снятие санкций. Американские собственники, владеющие трубами, резервуарами и НПЗ, будут находиться между российскими углеводородами и европейскими покупателями, то есть именно они собираются диктовать конечную цену потребителю, снимая на этом жирные сливки и одновременно держа Европу за горло.
