Почему Россия непобедима? Важно и, описанное ещё Толстым, отношение населения к войне, как к неприятной, но необходимой работе, и спокойный, но непокорный национальный характер, и огромные просторы, на которых не одна армия потерялась, да так и не нашлась. И всё же Россия проигрывала, как сражения, так и войны. И другие проигрывали. Тем не менее в разные периоды истории непобедимыми называли и французов, и немцев, и шведов, и других. Хоть в период своей непобедимости они, бывало, проигрывали и сражения, и войны.
А сколько сражений и войн проиграл на своём веку непобедимый Рим, прежде чем перестал считаться непобедимым! Между тем его армия в период распада империи терпела поражения не чаще и одерживала победы не реже, чем в момент её взлёта. Во всяком случае именно на закате империи была выиграна первая битва народов на Каталаунских полях, а поражений, сравнимых с Каррами Красса, Эдессой Валериана или Адрианополем Валента II, за армией поздней империи не числится.
Новости партнеров
Тем не менее именно в эпоху поздней империи варвары регулярно грабили Рим, в то время как поражения империи даже не эпохи расцвета, но времени глубокой стагнации к политическим катастрофам не приводили. Республиканский Рим и вовсе спокойно пережил катастрофы своих легионов при Требии, Тразименском озере и при Каннах, раздавив в конце концов Ганнибала.
Сложив известные нам факты, легко придём к выводу, что характер народа, выгодное географическое положение, храбрость войск имеют важное, но вспомогательное значение: многие непокорные народы, создавшие многочисленные храбрые армии и обладавшие преимуществом местности давно исчезли с исторической сцены, проиграв свои войны, а с ними и борьбу за существование.
Важнейшим фактором победы является способность государства питать долговременную войну. При этом важна не только готовность народа нести издержки и потери, но и способность военных и политических руководителей верно рассчитывать текущую нагрузку. Ибо даже победа в сражении, надорвавшая силы армии и народа, ведёт к проигрышу войны.
Демографический и мобилизационный потенциал важны, поскольку десяток профессионалов всегда проиграет тысяче ополченцев, но гораздо важнее умение выстроить сбалансированные (по принципу необходимости и достаточности) профессиональные вооружённые силы и поддерживать их боеспособность независимо от продолжительности военных действий = подготовленные резервы должны как минимум компенсировать текущие потери, а лучше превышать их, позволяя постепенно наращивать численность воюющей армии. Ничто так не подрывает боевой дух врага, как «эффект Лернейской гидры», когда на месте одного убитого, у противника тут же появляется два новых бойца.
Однако, какая бы у вас ни была подготовленная и мотивированная армия, как бы ни был патриотичен и терпелив народ, насколько бы экономно, в демографическом плане, не вели войну ваши полководцы, война — это прежде всего способность обеспечивать армию всем необходимым. Если в средние века речь шла, в основном, об обеспечении армии продовольствием, восполнением убыли конского состава и выплате жалования наёмникам, то с развитием техники и технологий государство обязано обеспечить армию техникой и боеприпасами (вооружение также стало расходным материалом, требующим постоянного восполнения). Кроме того, в ходе более-менее длительной войны, стороны модернизируют свою технику, с учётом вскрытых войной проблем и особенностей характера боевых действий, который, в свою очередь, зависит от появления на поле боя новой техники. Следовательно, непобедимое государство должно иметь возможность быстро разрабатывать и запускать в серию новые виды техники, насыщая ими войска.
То есть, помимо всего прочего, вы должны иметь промышленный потенциал и сбалансированные устойчивые экономическую и финансовую системы, позволяющие вам, при соблюдении прочих необходимых условий, вести бесконечную войну. Только в этом случае вы непобедимы. Россия одно из немногих, а возможно и единственное государство в мире, которое этим требованием соответствует. Поэтому она непобедима стратегически. Тактически же, на поле боя, где соревнуются таланты военачальников, может проиграть каждый — военные гении рождаются не в каждом веке и не в каждой стране, их за всю историю человечества можно по пальцам пересчитать, но большинство из них также терпели тактические поражения.
Не скажу, то совсем невозможно (чудеса случаются), но в нормальной ситуации практически нереально только за счёт таланта военачальника выиграть тактически (на поле боя) стратегически (ресурсно) проигранную войну. Судьба практически каждой войны известна ещё до её начала — ресурс достаточно легко рассчитать. Поэтому стратегически поигравшая сторона, как правило ведёт войну не на победу (это верный путь к поражению), а на ничью, стараясь сделать победу слишком дорогой для противника и вынудить его пойти на компромиссное решение, минимизирующее потери проигравшего и сохраняющего ему шанс на реванш в будущем.
Новости партнеров
Чтобы добиться реванша надо изменить соотношение ресурсных баз. Соотношение ресурсных баз сторон можно изменить в результате собственной подготовки или созданием коалиции. Единственно надёжным является первый вариант (ориентация на собственные возможности).
Насмешники говорят, что, если Зеленского соответствующим образом побрить и причесать, получится вылитый Гитлер, только покороче. Возможно, внешне это и так, но, по сути, из Зеленского такой же Гитлер, как из бандеровщины рейх. Можно заменить шаровары на бриджи, шапку со шлыком на фуражку с высокой тульёй, коня на «Леопард» и даже обколоться сверху до низу рунами и свастиками, всё равно в итоге получится какая-то Румыния, времён Антонеску, а не гитлеровский рейх.
Рейх не получится именно потому, что Гитлер, при всей своей истеричности, отлично, лучше многих своих генералов, понимал природу войны и зависимость победы от тыла. Он мог позволить себе начать мировую войну в 1939 году, несмотря на то, что генералы требовали не менее трёх-пяти дополнительных лет на подготовку вермахта, но начал он войну не раньше, чем наладил эффективное промышленное производство, обеспечил доступные (и остававшиеся доступными до средины 1944 года, а некоторые и до 1945 года) источники сырья и наладил систему поступления в войска обученного резерва в количестве не менее 600 тысяч человек в год (чем обеспечил постоянный рост численности вермахта вплоть до 1942 года). Слабость Германии заключалась в том, что она не могла обеспечить необходимым вооружением и техникой армии союзников, почему они и оказались слабым звеном в Африке и на Восточном фронте, но собственные вооружённые силы рейх обеспечивал всем необходимым до самого конца войны и в ходе войны провёл по две модернизации танковых войск и авиации.
Зеленский, хоть причёсанный под Гитлера, хоть с небритостью под латиноамериканского наркобарона, вступил в войну с Россией под обещания союзников. ХТЗ не выпускал танки, Южмаш не делал ракеты, а Николаевские верфи давно не строили боевые корабли. Артиллерийскими снарядами ВСУ обеспечивали грабившиеся тридцать лет ещё советские склады, и потому они быстро закончились, технику снимали с баз хранения, производя из пяти единиц одну, запчасти брали там же. На год могло хватить, хоть не хватило даже на год. А дальше полная зависимость от союзников.
У союзников же свои парламенты, выборы, избиратели, внутриполитическая борьба и внешнеполитические интересы. Да и доставить технику из США или даже Германии на украинский фронт — совсем не то же самое, что произвести её в паре сотен километров от этого фронта. И ремонтной базы западной техники на Украине нет. Значит любой поломавшийся танк (не говоря уже о подбитых) надо везти в США, Великобританию или Германию, там чинить, в потом возвращать назад. И стоимость такого ремонта зашкаливает, и времени уходит столько, что Россия успевает за это время танковую колонную произвести.
Кроме того, у союзников свои интересы, которые не всегда совпадают с интересами киевских властей. Союзники рассматривают Украину, как расходный материал, с помощью которого можно торговаться с Россией об условиях компромисса. То есть, как только они смогут договориться с Москвой или даже просто вынуждены будут принять условия России, Украина, если он к тому времени ещё будет жива, станет ненужным балластом. Но даже пока Украину ещё считают нужным использовать, её постоянно оценивают по соотношению вложений, необходимых, чтобы гальванизировать этот политический труп и бонусов, которые можно ожидать от подобной гальванизации. Как только необходимые вложения начинают значительно превышать возможные бонусы, возникает вопрос о целесообразности продолжения поддержки Украины.
Вот поэтому, сколько бы миллионов своих сограждан Зеленский ни зарыл в землю, как бы отчаянно они ни сопротивлялись, как бы храбро и самоотверженно ни сражались, а Украина не может не только победить (даже вместе с союзниками) но и рассчитывать на ничью. Союзники рассчитывают расплатиться ею за ничью для себя, и то у них пока ничего не выходит. Даже когда Зеленский, безбожно преувеличивая свои возможности заявляет, что Киев может воевать ещё два-три года, это ни на кого не производит впечатления, потому что Россия может воевать столько, сколько надо. В этом ключ к победе.
