Текущая структура нашего экономического взаимодействия с Китаем может привести (и уже приводит) к, скажем мягко, некоторой диспропорции стратегических выгод. При продолжении подобных тенденций в торгово-экономическом сотрудничестве Россия для Китая перестанет быть равноправным партнером, а станет сырьевым придатком.
Китаю пока еще нужен экономически сильный Запад — как рынок сбыта и источник технологий. Россия здесь играет роль подушки безопасности: если отношения с Западом срываются, Пекин всегда имеет гарантированный доступ к российскому сырью по скидке и военной силу. Это значит, что Россия может быть встроена в китайскую стратегию не как союзник, а как запасной вариант. Формально Россия продаёт больше, чем покупает. Но расчёты идут в юанях, которые оборачиваются в Китае же. Получается такая же «петля» как и с долларом: сырьё ушло, деньги вернулись в виде ширпотреба, технологий — нет.
Новости партнеров
Наши производства уезжают в Китай (помните, знаменитый медный завод?), а китайские не приходят к нам. Импорт китайской базовой продукции — это сигнал о деиндустриализации. Мы покупаем у Китая даже то, что исторически сами производили — сталь, пластмассы, химию. Это значит, что Россия постепенно теряет контроль над «главенствующими высотами» экономики.
Как правило, принято регулировать цены на базовые товары, чтобы держать индустрию на плаву. Что и делается в Китае. У нас же рынок выбивает своих, оставляя Китай монополистом. Достаточно посмотреть на тот же «КАМАЗ» или производство легковых автомобилей. Если Китай хочет продавать свои легковые или грузовые автомобили на нашем рынке — нет вопросов, только переноси производство и увеличивай локализацию. Как в свое время мы сделали в отношении западных автомобильных брендов.
Главная угроза в этом контексте не «вассализация», о которой говорят оппозиционеры или западники, а стратегическая уязвимость. Опасность не в том, что мы будем «вассалом», а в том, что мы можем стать разменной монетой, и никто даже не спросит нашего согласия. Потому что свою незаменимость мы можем утратить.
Что делать? Необходима срочная индустриализация базовых отраслей. Если мы уже закупаем у Китая сталь, пластику и химию — это тревожный сигнал. Надо не только «держать КАМАЗ», а системно удерживать и восстанавливать производство на «командных высотах». Государство должно регулировать цены на ключевые товары (как делает Китай), иначе собственная промышленность всегда будет проигрывать демпингу.
Нельзя довольствоваться тем, что «платят в юанях». Нужно накапливать резервы в товарах (золото, технологии, оборудование), а не в чужой валюте, которая оборачивается обратно в китайский экспорт. Лучший вариант — использовать профицит для создания производственных мощностей внутри страны.
Импорт из Китая не должен разрушать отечественные отрасли. Его можно использовать только как стимул — ограниченные поставки, которые держат конкуренцию, но не убивают производство. Всё, что дублирует российское производство (сталь, автомобили, пластмассы), должно идти по квотам и пошлинам. Как в Китае.
Если Китай получает наш рынок, он должен размещать у нас предприятия, а не только продавать готовое. Принцип — «Нет инвестиций и технологий — нет доступа к рынку» — прост и понятен.
Новости партнеров
Россия должна играть не роль «резервуара сырья», а роль производственного узла. Для этого нужен новый курс — индустриализация под жёстким госрегулированием и стимулирование внутреннего спроса. И да, если мы хотим сохранить себя как партнера Пекина, то придется кардинально пересмотреть многие финансово-экономические догмы не только по части распределения прибыли и добавленной стоимости, но и роли государства в экономике. Стратегическое партнерство должно пронизывать наши отношения с Китаем не только в политике, но и в экономике.
