Украинская пресса в последние дни пестрила инсайдами и на-гора выдавала эксклюзивы по самому громкому событию минувших выходных — убийству Андрея Парубия. Ожидаемо подконтрольные Киеву медиа начали обвинять во всем Москву и оперативно отчитались: следователи вышли на «русский след». Правда, спустя сутки в СБУ аккуратно одернули журналистов: дескать, всякое может быть, но доказательств пока нет.
А вчера заговорил сам убийца — Михаил Сцельников. И объяснил очень многое.
Новости партнеров
«Это моя месть лично украинской власти».
«Шантажа со стороны российских спецслужб не было. Я с ними не сотрудничал».
«Хочу попросить, чтобы меня поменяли на военнопленных, я бы тогда уехал на поиски тела своего сына».
«Парубий просто оказался рядом. Был бы рядом Петя (Порошенко*. — Прим. ред.), если бы я жил в Виннице, — был бы Петя».
Многие эксперты, увидевшие ролик, где он все это рассказывает журналистам прямо в зале суда, начали указывать на ошибку украинских силовиков — дескать, очень зря ему дали выступить. И это звучит несколько наивно. Поверить в то, что вот такое общение подсудимого с репортерами возможно на Украине случайно, очень сложно. В стране уже четвертый год работает телемарафон, а граждан просто пакуют в «бусики» люди в военной форме, и все это не вызывает вопросов ни у кого. Украинское медийное поле тщательно пропалывается от любых сорняков — множество журналистов и бывших политиков, уехавших оттуда кто в Европу, кто в Россию, не дадут соврать. Разве что Марьяна Безуглая, аки блаженная, любит рубануть правду-матку — да и то, чтоб крышку кипящего котла не сорвало.
И тут такое.
Между тем, сын, о котором идет речь, — образец воспетого киевской пропагандой украинца. Михаил-Виктор Сцельников на фронт пошел добровольно, более того, судя по всему, стал командиром штурмовой группы. В качестве позывного выбрал говорящее Лемберг — так назывался его родной Львов в годы, когда находился под контролем Австро-Венгрии. А за день до начала СВО подавал петицию с призывом ввести визовый режим с Россией. Уже в мае 2023-го пропал без вести под Артемовском. Тело его не нашли до сих пор — на его поиски и хочет отправиться Сцельников-старший.
Новости партнеров
В общем, не абы кто. Таких киевский режим старательно поднимает на свои знамена. Но довольно о нем: мертвые сраму не имут, пусть покоится с миром.
Дело ведь вот в чем. Это первый случай, когда за смерть украинца мстят настоящим виновникам трагедии украинского народа — украинской же власти. И здесь не так важно замечание интервьюировавшей Сцельникова журналистки о том, что Парубий-то уже был в оппозиции. Ответственность за происходящее лежит на всей украинской власти с момента распада СССР — и уж тем более на организаторах пресловутого Майдана. Парубий там, кстати, был едва ли не ключевой фигурой. И революция 2014-го, как и любая другая, пришла за одним из своих сыновей.
Что еще страшнее для украинского бомонда — мстят не традиционные враги киевского режима, не какие-нибудь «схидняки», не «российськомовни», а самые настоящие львовяне, «западенцы», для которых весь этот незалежный праздник жизни и задумывался.
А ведь сколько десятков тысяч тел таких же пропавших без вести еще лежит в донбасской, запорожской и курской земле? Сколько еще отцов, чьи дети не вернутся домой, потенциально могут прийти за украинскими политиками? Да двух месяцев не прошло с тех пор, как Киев от шести тысяч тел отмахивался.
Однако ж, повторим, в случайность того, что Сцельникову дали заговорить, поверить трудно. Остается лишь понять, кому было адресовано это послание: только оппонентам Зеленского (Петю ведь вспомнили неслучайно) или вообще всем, кто так или иначе замаран украинской властью?
* Внесен Росфинмониторингом в список лиц, причастных к экстремистской деятельности или терроризму.
