То, что беспилотник, ударивший по порту Усть-Луги, не с Украины прилетел, это понятно. Но в этом случае есть смысл обсудить роль держателей территории, с которой он был запущен.
Когда били по Псковскому аэропорту, я готов был допустить, что это безвестные украинские беженцы-активисты — добровольные помощники СБУ — запускают из лесов Латвии или Эстонии, возможно, и без согласования местных властей. Порт Усть-Луги — особый случай. Это своя история отношений стран Прибалтики и России.
Новости партнеров
Усть-Луга — это символ несбывшихся мечт, не оправдавшихся планов и упущенных прибылей. Не экономических — политических.
После распада СССР у Латвии, Литвы и Эстонии была монополия на транзит российских грузов по Балтике. Потенциально это был инструмент шантажа, который очень бы пригодился, например, в эпоху санкций, сейчас. Стратегическая зависимость России повышала акции стран Балтии на Западе, да и для них самих была ресурсом принуждения Москвы к собственной повестке межгосударственных отношений. К обсуждению пресловутых «компенсаций за советскую оккупацию», например.
Сценарий, что Россия построит на Балтике собственную транспортную инфраструктуру вместо того, чтобы платить и каяться прибалтам за «оккупацию», в 1990-годы всерьёз не воспринимался. Усть-Луга, Приморск, Высоцк, Новатэк — это всё символы случившегося облома.
Так что тут я склоняюсь к тому, что БПЛА по Усть-Луге был запущен как минимум по согласованию с прибалтийскими союзниками и под горячее их одобрение.
Автор — политолог, публицист, главный редактор аналитических порталов RuBaltic.Ru и Eurasia.expert
