Что мы видим по так называемым тарифам Трампа по состоянию на 1 августа.
Во-первых, отсутствие экономической логики и преобладание политической — индивидуальные ставки по степеням напряжённости (11%–50%) для почти 70 стран. Китай — 30% (10 % базовый + 20% «fentanyl tariff»), потенциальный возврат к 145% при срыве сделки. Канада — 35% на неопределённые USMCA товары и 10% на энергию. Евросоюз, Япония, Южная Корея: 15%. Индия — 25%, Бразилия — 50%, Тайвань, Швейцария и др. — в диапазоне 20–39%. Больше всего у Швейцарии, и с экономической точки зрения – непонятно почему. 50% тариф на сталь и алюминий (расширен до бытовой техники), 25% на автомобили и автозапчасти, 50% на медь, до 200% на фармацевтику и 100% на фильмы и др.
Новости партнеров
Если суммировать, средняя ставка выросла с 2,5% в январе до 27% в апреле, затем к июню упала до 15,8%. По данным Reuters и Bloomberg, целевые страны покроют до 5% доходов бюджета США (против исторических 2%).
Собственно, во-вторых, происходящее уже совершенно не про торговлю. США строят барьеры прежде всего для стран членов конкурирующих коалиций (например, Китай, ЕС, Канада), мобилизуя экономический рычаг против политически нежелательных партнёров. Отсюда же идея вторичных санкций против тех, кто покупает российскую нефть. Потому что затрудненный доступ к энергоресурсам равно промышленный и технологический спад и сохранение технологического отрыва США там, где этот отрыв есть.
В-третьих, требование полной лояльности. Союзникам (ЕС, Япония, Корея) предлагают снижение до 15% в обмен на инвестконтракты и политические уступки. Остальные страны, даже без активных ответных мер, получают жёсткие ставки (25–50%), как олицетворение давления и сигнал для будущих соглашений.
В-четвертых, поддержание атмосферы хаоса и неопределенности. Все эти объявления с задержкой (Liberation Day), паузы, условные ставки — всё это держит рынки и партнеров в напряжении.
Теоретически, в США компании и потребители резко обеднеют, потому что вынуждены будут платить больше. Но бюджет получает дополнительные доходы. Которые, а) неизвестно как распределяться и б) могут нивелироваться, если Китай и Индия запустят контрпошлины. Если так пойдет и дальше, то уже к 2026 году возможен эффект «раздвоения мира»: две торговые системы — под эгидой США и под эгидой Китая.
Закономерно, в-пятых, эрозия ВТО и международных норм, тарифы становятся инструментами вне правил. Скорее всего, будут возникать торговые альянсы, а параллельный импорт станет всеобщим явлением.
Самое умное, что сейчас можно сделать – оперативно в рамках БРИКС договориться о взаимнойесли торгово-экономической поддержке против США. Другой такой удобной возможности выстроить, наконец, единый фронт против свихнувшегося гегемона может не представиться.
