Самоубийство (если это оно) недавнего министра из наградного оружия накануне обвинений в коррупции — это прецедент и, возможно, знак долгожданных внутриполитических изменений.
Такого в России ещё не было.
Новости партнеров
Обычно высокопоставленные коррупционеры делали морду кирпичом или даже ухмылялись на суде, но одинаково утверждали «не виноват! мамой клянусь!». То есть будучи ворами, чувствовали себя правыми.
Не так произошло со Старовойтом. Узнав, что его ждёт суд, он решил устроить суд над собой. Самоубийство как способ избежать позора в обвинении в коррупции — не то, что следует приветствовать, поскольку это в христианстве грех и гибель души. Но если учесть, что данная коррупция привела к гибели сотен мирных жителей Курской области, то понять его можно, по-офицерски это порядочный поступок…
Очень сложный для оценки эпизод. Огромная человеческая трагедия. Тот случай, когда не судите и не судимы будете.
Однако для госуправления и настроения в обществе, повторю, это важный положительный знак. Оказывается, быть вором на должности губернатора и министра — стыдно настолько, что несовместимо с жизнью.
«Как я буду смотреть в глаза людям?!» — этот вопрос, который ранее считался обязательным для властьимущего и который уже много лет позабыт в элите, теперь появился заново. Честь не купишь деньгами, а быть осуждаемым людьми бывает страшнее суда официального — пора бы вспомнить об этом всем.
На удивление этот поступок Старовойта вызвал много негатива — мол, гад, почему сразу не застрелился, а когда только прижали? Странно… Эти же люди раньше — хорошо это помню — сетовали на то, что вот в Японии обвинённые в коррупции делают харакири, почему наши воры так не делают? И вот такой прецедент случился, но они же теперь досадуют, что «министр легко отделался».
Нет, не легко, это страшный выбор. Хотя и правда, почему-то нет никакого ощущения справедливости от его свершения.
Новости партнеров
Автор — журналист, политолог, публицист, обозреватель Аналитического центра ТАСС
