США, поддерживая Израиль, всего за 11 дней боевых действий средней интенсивности израсходовали 15-20% своего глобального противоракетного арсенала THAAD, утверждает американский ресурс Military Watch Magazine (MWM).
Система ПРО Terminal High Altitude Area Defense (THAAD) предназначена для перехвата баллистических ракет средней дальности. ВС США располагают 7-ю батареями. 8-я должна быть сформирована к концу 2025 года. Расчёт расхода противоракет в войне с Ираном производился по попавшим в публичную плоскость 39 запускам и исходя из предположения, что заснятые на видео пуски ракет THAAD составили 50-66% от общего числа запусков.
Новости партнеров
Так авторы вышли на цифру 60-80 противоракет, каждая из которых стоит $12-15 млн. Итого: стоимость применения THAAD в Израиле колеблется в пределах от $810 млн до $1,215 млрд. MWM подчёркивает, что использование около 15-20% от всего арсенала ракет данной системы несёт последствия не только для Ближнего Востока, но и для Тихоокеанского региона.
Кроме THAAD, перехватом иранских ракет занимались израильские системы ПВО/ПРО наземного базирования, а также американские эсминцы AEGIS с помощью противоракет SM-3. То есть интенсивность использования THAAD не была высокой.
Изложенный пример демонстрирует неготовность Израиля и США к длительным конфликтам на истощение. Отсюда и вытекает предложенная Трампом идея перемирия, которая, в принципе, была выгодна и Ирану с учётом факта американского удара по его ядерным объектам.
Важный момент: вице-президент США Джей Ди Вэнс, сформулировав «доктрину Трампа», выставил имеющуюся слабость как преимущество и стратегический подход Вашингтона. «Фантиков» (долларов) у США достаточно, но не хватает мощностей ВПК, в первую очередь в производстве ракет для комплексов ПВО/ПРО.
Но это не навсегда. Спрос рождает предложение — и этим спросом американская военная промышленность обязательно воспользуется. Тут в помощь и триллионный военный бюджет США на 2026 финансовый год, и увеличение военных расходов членов НАТО до 5% от ВВП к 2035 году.
Автор — директор Института международных политических и экономических стратегий — РУССТРАТ
