В Стамбуле прошел второй раунд российско-американских переговоров на уровне МИД и Госдепа. Москва вынесла на обсуждение вопросы нормализации работы дипломатических миссий. Темы Украины в повестке дня не было. Параллельно с переговорами в ОАЭ вновь произошел обмен заключенными: Россия отдала очередную экзальтированную даму с двойным гражданством, осужденную на 12 лет за финансирование ВСУ, а взамен получила бойца невидимого фронта — Минюст США утверждал, что Артур Петров якобы участвовал в контрабанде подсанкционных микроэлектронных технологий для российского ВПК, которые в итоге использовались в СВО.
В нынешние времена глобальной турбулентности и густого тумана, покрывающего практически все ключевые процессы и решения мировой политики, приятно, когда находится хотя бы что-то вполне ясное по сути происходящего. Как ни удивительно, но российско-американские отношения в данный момент представляют собой именно такое редкое исключение. Потому что, например, интерпретации действий США в развернувшихся тарифных войнах диаметрально противоположны: пока одни эксперты утверждают, что Трамп сдал назад из-за паники на фондовом рынке и давления критиков в собственной администрации, другие полагают, что на самом деле все так и было задумано — сначала до предела напугать мир жесткостью своей позиции, а затем частично откатить ситуацию, чтобы на грядущих переговорах контрагенты были посговорчивее.
Новости партнеров
В отношениях же Москвы и Вашингтона, несмотря на крайнюю скудость поступающей информации, все куда проще и понятнее: идет рабочий процесс — последовательный и неторопливый в силу накопившихся проблем. Первоначально Белый дом попытался кавалерийским (или скорее ковбойским) наскоком разом продавить российскую позицию, однако потерпел неудачу — и американцы были вынуждены сесть за стол серьезных переговоров. Серьезных — это значит системных, охватывающих все аспекты двусторонних отношений, которые были капитально порушены в предыдущий период, и пока не слишком впечатляющих на сторонний взгляд в смысле конкретных результатов.
Пожалуй, это один из ключевых козырей России в настоящий момент: возможность никуда не спешить. Более того, время работает на нее. Фронт движется на запад, экономика стабильно функционирует, на всех парах идет подготовка к важнейшему мероприятию — празднованию 80-й годовщины Победы в Великой Отечественной войне. Страна работает, и все нарастающая глобальная турбулентность, конечно, оказывает на нее влияние, но куда меньшее, нежели на другие государства.
Впрочем, у американцев на российском направлении ситуация схожая: у них не горит (в отличие от многих других сфер). Несмотря на массу накопившихся проблем в отношениях с Москвой и неизбежное поражение в украинском конфликте, ситуация для Вашингтона не критична, а Россия в принципе не является приоритетным и острым направлением внешней политики нынешней администрации.
Именно это и обеспечило необходимый формат и содержание переговорного процесса между нашими странами. В отличие от десятков иных тем — будь то запредельный государственный долг, нелегальная миграция, перекосы в торговле с остальным миром, дикое разворовывание бюджетных средств или даже дефицит яиц, отношения с Россией не требуют от Трампа принятия экстремальных в своей рискованности мер с неясными перспективами.
А настойчивость в отстаивании своей позиции и неизменная спокойная корректность Москвы привели к возвращению того, что, казалось, окончательно исчезло в наших отношениях с Западом, — традиционной дипломатии. Той самой — сдержанной, закрытой от широкой публики, с выверенными и скупыми формулировками официальных заявлений, с эмиссарами, курсирующими между столицами и подготавливающими почву для договоренностей, с многочисленными раундами переговоров, когда позиции сторон сближаются буквально по сантиметру, а неудача является стимулом не для скандальных комментариев прессе, а для дальнейшей работы всех вовлеченных.
Много и часто говорят о вкладе, который вносит Россия в строительство новой мировой политической системы, которая идет на смену рушащейся на глазах западной гегемонии. Но есть момент, который обычно ускользает от наблюдателей (как доброжелательно, так и враждебно настроенных к нашей стране): речь об усилиях, которые прилагает Москва для недопущения самых мрачных и роковых для человечества сценариев в ходе текущих действительно непростых и судьбоносных процессов и для сохранения в новом мире — каким бы он в итоге ни стал — самого лучшего и ценного из созданного человечеством в прошлом.
Дипломатия — искусство находить общий язык с другими, даже если ваши интересы и цели кардинально разнятся, — относится именно к таким вечным и неизменным ценностям. Можно не сомневаться, что у России хватит времени, терпения и силы напомнить об этом абсолютно всем. Европе стоит подготовиться.
