В последние дни произошло несколько событий, ставших апофеозом коллективной западной политики. Как историко-энергетического курса в целом, так и отношения к России, в частности. Во-первых, Financial Times выстрелила алармистской статьей под говорящим заголовком «Лавина дешевых российских удобрений угрожает продуктовой безопасности Европы». Основная мысль текста в том, что Москва ведет очередное гибридное наступление, в результате чего европейские профильные компании, невзирая на восстановление производства в 2023 году, будут вынуждены уйти с европейского (то есть своего внутреннего) рынка. Или они разорятся.
Во-вторых, премьер-министр Италии посягнула на святое. Джорджа Мелони заявила, что поля солнечных панелей разрослись настолько, что это начинает угрожать продовольственной безопасности государства. Причиной скандального заявления на грани экологической ереси стало экстренное постановление правительства Италии, которое прямо запрещает фермерам и прочим лендлордам сдавать свою землю в аренду энергетическим компаниям для установки там фотоэлектрических панелей.
Новости партнеров
В-третьих, Клэр Коутиньо, министр энергетической безопасности Великобритании, которая последнее десятилетие изо всех утюгов вещает о своих невероятных успехах на ниве формирования солнечного и ветрового генерирующего кластера в Шотландии, заявила, что солнечная энергия не должна ставить под угрозу национальную продовольственную безопасность, и настойчиво рекомендовала местным советам отклонять все новые проекты по строительству объектов ВИЭ, если они планируются на сельскохозяйственных землях. Чтобы понять сюрреализм происходящего, добавим, что полностью должность мадам Коутиньо звучит как «министр энергетической безопасности и углеродной нейтральности». То есть фактически министр просит правительство помочь ей в срыве работы министерства и государственной программы декарбонизации.
Быстрый поиск по ключевым словам показывает, что аналогичные вопросы поднимаются в Нидерландах, Испании и Румынии. Модная западная экоповестка и экополитика уперлись затылком в потолок реальности, где с одной стороны витрины стоит желание отказаться от ископаемого топлива, а с другой теснится постоянно растущее население планеты, желающее кушать хотя бы два раза в день — и по возможности разнообразно.
Мы не случайно объединили эти события, они напрямую связаны между собой и в комплексе будут влиять на дальнейший ход истории и отношений коллективного Запада с нашей страной.
На сегодняшний день человечество подошло не только к пределу расширения каких-либо рынков — глобализация, интернет и реактивные самолеты сделали Землю маленькой и тесной. Точно так же наша цивилизация вплотную приблизилась к рубежу возможности увеличения пахотных земель. Просто посмотрим на цифры.
По подсчетам Оксфордского университета, в 1800 году, когда население Земли было в районе одного миллиарда человек, площадь сельскохозяйственных земель составляла 470 миллионов гектаров. К 2022 году, то есть два века спустя, на планете жило уже без малого восемь миллиардов человек, а пахотные площади увеличились до 1,6 миллиарда гектаров. Несложно подсчитать, в какой пропорции рост населения опережает рост сельскохозяйственных земель, что, конечно, компенсируется стремительно растущей механизацией труда и применением удобрений. Но процесс этот конечен, ибо расширение площадей идет небыстро и по затухающей, почвы работают на пределах своих возможностей, а население растет как на дрожжах.
Опять же, для понимания.
Россия, как известно, самое большое государство в мире, при этом пахотных и сельскохозяйственных земель у нас всего 121 миллион гектаров. Потому что почти 70 процентов нашей территории занимает вечная и сезонная мерзлота. То есть в теории можно корчевать вековую тайгу Сибири, только выращивать тут пшеницу все равно не получится.
Новости партнеров
Крупнейшими площадями для ведения сельского хозяйства обладают США (157 миллионов гектаров), Индия (156 миллионов) и Китай (120 миллионов), но здесь нужно понимать, что для получения продовольствия давно отведены все мало-мальски удобные участки. И чтобы увеличивать площади далее, придется уничтожать дикую природу, еще более сокращая ареал обитания биологических видов. То есть делать ровно обратное от целей, заявляемых в рамках Парижского соглашения по климату и прочим природоохранным инициативам. А теперь в эту формулу вторглись еще и солнечные панели, которые по своему КПД сильно отстают от традиционных источников на ископаемом топливе, но занимают громадные территории либо естественных природных зон, либо земель, потенциально пригодных для выращивания пищи.
Если кто-то думает, что это какая-то незначительная мелочь, то вот данные Всемирной организации здравоохранения: в 2021 году от голода в мире страдало 828 миллионов человек, причем с 2019-го этот показатель вырос почти на двести миллионов. Фактически сейчас каждый десятый житель Земли регулярно недоедает или даже голодает. Естественно, львиная доля этих несчастных приходится на бедные и развивающиеся страны, но миграционные процессы последнего десятилетия привели к массовому переселению в более благополучные страны. Вроде той же Европы, бюджет которой начинает потрескивать под прессом все возрастающих социальных расходов. И вопрос прокорма становится вовсе не праздным, отодвигая на задний план игрушки и прожекты вроде декарбонизации и борьбы с глобальным потеплением.
Как говорится, не до жиру. Покушать бы.
