Зачем Запад постоянно повышает градус противоборства с Россией, зачем шаг за шагом поднимается по лестнице эскалации? Об этом спросили Владимира Путина после завершения его визита во Вьетнам, и задавшая вопрос журналистка предположила, что таким образом президента на что-то провоцируют.
Учитывая, что буквально накануне Путин подписал договор с Ким Чен Ыном, понятен подтекст: может быть, Россия не только начнет поставлять высокоточное оружие противникам Запада в разных частях света (Путин сам говорил об этом несколько дней назад), но и северокорейские военные появятся на украинском фронте, а Россия проведет демонстративные испытания ядерного оружия? Про неактуальность испытаний Путин недавно уже говорил, а про отсутствие необходимости отправки «корейского десанта» заявил, отвечая на другой вопрос. Хотя и так было понятно, что переброска войск Корейской народной армии на европейский театр военных действий никогда не рассматривалась ни Москвой, ни Пхеньяном.
Новости партнеров
И в чем тогда смысл западных усилий по эскалации, на что они провоцируют Путина? На какие-то необдуманные ответные шаги, которые негативно скажутся на отношении к России в мире? Но это может быть только в случае внезапного применения нами тактического ядерного оружия — по целям на Украине или даже логистическим центрам снабжения ВСУ на территории стран НАТО. Именно эта тема постоянно разогревается как некая красная черта, перейдя которую Москва потеряет дружественный нейтралитет стран Глобального Юга и окажется в изоляции, однако Путин не проявляет никакого желания попадаться в эту ловушку.
Сам президент считает, что эскалация нужна Западу для того, чтобы напугать его: «Видимо, рассчитывают на то, что мы в какой-то момент испугаемся». То есть Путина хотят заставить отступиться, отойти, по сути, сдаться — но на чем основан подобный расчет? На том, что России придется платить все более высокую цену за военную операцию и конфликт с Западом? Но неужели кто-то думает, что Путин, да и большинство наших граждан не понимают этого? Если на Западе думают, что могут сделать так, чтобы цена стала абсолютно неприемлемой для нас, значит, там вообще ничего не понимают в русских. Не хочется повторять про «мы за ценой не постоим», но нам действительно нужна одна победа на всех. И при всей разнице (в том числе и трагической для нас, ведь в происходящем на Украине есть и немалая доля гражданской войны) войны восьмидесятилетней давности и нынешней — отступать действительно некуда. Потому что на кону снова стоит существование России — и Запад сам нам об этом напоминает. Именно об этом и сказал Владимир Путин: «Они говорят и о том, что хотят добиться стратегического поражения России на поле боя. Что это означает для России? Для России это означает прекращение ее государственности. Это означает конец тысячелетней истории Российского государства. Я думаю, что это для всех понятно. А тогда встает вопрос: а зачем нам бояться? Не лучше ли тогда идти до конца? Это элементарная формальная логика… Я думаю, что те, кто так думает, а тем более так говорит, совершают очередную большую ошибку».
Тем, кто считает, что президент намеренно сгущает краски (ну почему поражение на Украине означает конец российской государственности?), можно напомнить, что именно Запад понимает под «стратегическим поражением России». Как сказал шеф Пентагона, Россия больше никогда не должна иметь возможность повторить то, что она сделала на Украине, — то есть у России не должно остаться мощной армии? Да, но сделать это можно, только погрузив Россию в смуту, а еще лучше и надежнее — добившись ее распада. Окончательного, а не как в 1917-м и 1991-м.
Можем ли мы не то что рассматривать вероятность такого варианта, но даже думать об этом? Конечно, нет — третьего удара за столетие наша государственность не переживет. Поэтому Путин и говорит о том, что нам нечего бояться, ведь альтернативой победе для нас является не поражение (от которого можно оправиться), а гибель. И именно поэтому мы готовы идти до конца, то есть до полного отражения попыток Запада оторвать западную часть Русского мира от России.
Но до какого конца? До ядерного апокалипсиса? Нет, Россия не собирается уничтожать Запад — это тот снова хочет передвинуть свои границы с нами на восток. Россия не собирается уничтожать Запад, но мы не позволим Западу уничтожить Россию, разорвав единство нашей земли и народа. Это не программа-максимум, не ультиматум и не угрозы — это единственно возможное для нас поведение. И те, кто не понимает этого, не просто совершают очередную большую ошибку, как сказал Путин, — они думают, что поднимаются по выстроенной ими лестнице эскалации, а на самом деле все дальше углубляются в лабиринт, выход из которого им неизвестен.
