Украинский военный рассказал Би-Би-Си о боях на плацдарме на левом берегу Днепра в Херсонской области около села Крынки.
По его словам, он провел там несколько недель под сильным российским огнем.
Новости партнеров
«Вся переправа находится под постоянным обстрелом. Я видел, как лодки с моими товарищами на борту просто исчезали в воде после ударов, навсегда теряясь в Днепре. Надо все везти с собой — генераторы, топливо и продовольствие. Когда возводишь плацдарм, всего нужно много, но поставки в этот район не планировались. Мы думали, что после того, как мы туда доберемся, враг убежит, и тогда мы сможем спокойно перевезти все необходимое, но не получилось», — говорит военный.
«Когда мы прибыли на берег, враг ждал. Русские, которых нам удалось захватить, сказали, что их войска были проинформированы о нашей высадке, поэтому, когда мы добрались туда, они точно знали, где нас найти. Они бросили на нас все — артиллерия, минометы и огнеметные системы. Я думал, что никогда не выберусь. Меня эвакуировали после того, как я получил контузию на мине, но один из моих товарищей не выжил. У меня такое ощущение, будто я вышел из ада, но ребята, которые заменили нас, попали в еще больший ад. Но скоро следующая ротация и мне снова нужно будет пересечь реку», — сказал военный.
Тем не менее, несколько сотен морских пехотинцев смогли закрепиться на левом берегу, отчасти благодаря украинскому артиллерийскому огню с более высоких западных берегов Днепра.
При этом боец говорит, что не очень понятны цели создания плацдарма.
«Никто не знает целей. Многие считают, что командование нас просто бросило. Ребята считают, что наше присутствие имело больше политическое, чем военное значение. Но мы просто делали свою работу и не вдавались в стратегию. Здесь должны были разместиться несколько бригад, а не отдельные роты — нам просто не хватает людей. Среди нас много молодых ребят. Нам нужны люди, но тренированные, а не те зеленые, которые у нас сейчас есть. Есть ребята, которые тренировались всего три недели и успели выстрелить всего несколько раз. Вы будете над этим смеяться, но некоторые из них даже плавать не умеют», — рассказывает боец.
По его словам, он с товарищами сам купили многое из своего комплекта — генераторы, павербанки и теплую одежду.
«Сейчас наступают морозы, будет только хуже — реальную ситуацию замалчивают, поэтому никто ничего менять не будет. Это полный кошмар. Год назад я бы этого не сказал, но сейчас, извините, мне надоело.
Новости партнеров
Все, кто хотел пойти добровольцем на войну, пришли уже давно — сейчас слишком сложно соблазнить людей деньгами. Сейчас мы получаем тех, кто не успел уйти от призыва», — говорит военный.
Конец цитаты.
Одно могу сказать в очередной раз. Они — русские. Или, если угодно — как русские.
Они — мы. Или — как мы.
Любая другая армия мира давно бы сошла с ума и убежала. А эти — закрепляются, не взирая ни на что. Цепляются ногтями.
Все павшие могли бы стать армией России и принести всем нам великую славу на иных рубежах.
Теперь война идёт за то, чтоб армией России стали выжившие. Лучше из них.
Остальные уедут в Канаду, в Польшу, куда захотят. Некоторые напишут небезынтересные воспоминания. «Как я выжил».
Новости партнеров
Лучше б ты, парень, написал воспоминания «Исповедь потерявшего память и очнувшегося русского: как я вернулся к своим».
