Это гораздо важнее, чем американское «признание» возвращения России в число сверхдержав
Две знаковые новости конца этой рабочей недели. Трагическо-драматическая: беспилотник упал на Воронеж, поврежден жилой дом, несколько человек пострадали. Воодушевляющая: председатель Объединенного комитета начальников штабов вооруженных сил США генерал Милли «вернул» Россию в список сверхдержав.
Выступая перед выпускниками военной академии, Милли заявил: «В период холодной войны было две великие державы. После падения Берлинской стены был период … когда США оставались единственной сверхдержавой. Сегодня становится понятно, что мы находимся в многополярной среде с как минимум тремя великими державами: США, Россией и Китаем».
Новости партнеров
Приятно быть членом «большой тройки». Менее приятно осознавать, что духоподъемная новость из США тесно связана с тревожной новостью из Воронежа. Генерал Милли сделал свое заявление вовсе не для того, чтобы повысить самооценку граждан РФ. Если вывести из списка Милли сами США, то это список врагов, с одним из которых Америка находится в состоянии пусть не прямой, но от этого ничуть не менее ожесточенной конфронтации.
Не думаю, что Америка имеет непосредственнное отношение к запуску беспилотника, который упал на жилой дом в Воронеже. Но ее косвенное отношение к этому инциденту очевидно. Америка позволяет удерживаться режиму Зеленского, который прямо ( более вероятно) или косвенно (менее вероятно) несет ответственность за «формирующие операции» ( а по сути террористические акты) против российских городов.
Такова реальность гибридной войны — реальность, которая снижает то возможное чувство удовлетворения, которое кто-то в России может испытать от «признания» со стороны самого главного американского генерала.
Заявление Марка Милли — это вовсе не комплимент в адрес России, а трезвое признание стратегических реалий.
Не США в свое время вычеркнули нашу страну из списка супердержав. Это сделали мы сами, допустив развал СССР и то состояние, в которое Россия погрузилась в 90-ые годы. Равным образом не США вернули Россию в список великих держав. Это снова сделала сама Россия, приняв принципиальное стратегическое решение о пересмотре итогов первой Холодной войны и о необходимости остановить марш НАТО к своим границам.
Страна, у которой есть ресурсы и политическая воля пойти на такое — это по определению сверхдержава. Генерал Марк Милли всего лишь назвал вещи своими именами.
Это, конечно, тоже не так уж мало. Трезвый разговор о стратегических реалий — это сейчас на Западе достаточно дефицитный «товар». Эмигрировавший в свое время из брежневского СССР профессор истории Монреальского университета Яков Рабкин так недавно описал в статье в журнале «Россия в глобальной политике» атмосферу, в которой сейчас на Западе ведутся ( или, вернее, не ведутся) рациональные внешнеполитические дебаты: « Сегодня, когда речь заходит о некоторых важных вопросах международной политики, свобода обсуждения существенно ограничена. Одним из таких вопросов является Израиль. Требуется немалая смелость, чтобы свободно критиковать его, не опасаясь быть обвинённым в антисемитизме..Ещё более важным вопросом, который исчез из рационального обсуждения, является политика в отношении России… Военная кампания на Украине выведена за рамки бесстрастного политического анализа и превращена в вопрос морали… Свобода слова – это не только демократическое право. Это ещё и способ определить и взвесить альтернативы. Когда конфликт превращается в эпическую борьбу между Добром и Злом, рациональный подход заменяется моральным осуждением и благородным возмущением. Это подрывает всякую дипломатию и, в свою очередь, обостряет опасность ядерной войны».
Новости партнеров
Очень точная формулировка, которая обнажает «корни» нынешнего кризиса. Запад решил, что распад СССР знаменует собой историческое поражение России, с мнением которой по вопросам собственной безопасности и «политической архитектуры Европы» можно больше не считатся. Эта стратегическая оценка со временем превратилась в «моральный принцип».
Генерал Милли как практик видит всю порочность и опасность ситуации, когда разговор о стратегии подменяется дебатами и морали, и о выполняет свою работу — говорит о стратегии.
Другое дело, что разговоры о стратегии — это лишь часть работы Марка Милли. Другая, еще более важная ее часть — практическое осуществление стратегии, задачей которой является новое выведение России из списка великих держав. И осуществляется это в том числе такими методами как атака беспилотника на Воронеж.
Получать комплименты в адрес «сверхдержавного» статуса своей страны легко и приятно, когда Холодная война носит «бархатный» и отвлеченный характер.
Про нынешний гибридный конфликт России и США этого точно не скажешь. Сейчас все прямо, грубо, жестко и опасно — совсем как в Воронеже в эту пятницу.
