В шахматах так бывает: игроки долго думают, а потом начинают быстро двигать фигуры. В голове каждого из противников партия сыграна на много ходов вперед. Начинается соревнование — кто просчитал лучше, кто предусмотрел больше. Так было и в случае с украинским кризисом, считает политический обозреватель Константин Семин. Поправки в Конституцию, зачистка оппозиции, закрытие американских консульств, суверенизация интернета — все это, видимо, было комплексом подготовительных мер в России. Украина и стоящий за ним Запад тоже готовились. Как далеко зашла эта «партия», намечается ли эндшпиль и возможен ли скоростной «размен»? Об этом Константин Семин рассказал Накануне.RU:
— Если мы хотим понять, каким будет 2023 год, какой будет траектория событий, то мы должны сопоставить 2022-й с 2021-м — вот примерно такой же будет разница между тем, что мы уже видели с января по декабрь, и тем, что нам предстоит увидеть с января по декабрь 2023 года.
Новости партнеров
На фоне того, что началось в феврале 2022-го, как-то позабылись уже и события в Казахстане, и многие другие вещи, которые сами собой были отодвинуты на задний план. Но, по-моему, даже спецоперация и военный кризис на Украине — это лишь продолжение мирового экономического кризиса, кризиса всей капиталистической системы. Тут все было вполне ясно и развивалось в полном соответствии с канонами марксистско-ленинской теории, к несчастью для России.
И поскольку этот кризис не ограничивается Россией и Украиной, отношениями между ними и отношениями между Россией и Западом, «англосаксами», «сатанистами» и НАТО, то, я думаю, что и в следующем году мы увидим лишь усугубление и расширение этого кризиса, добавление к уже имеющемуся фронту новых фронтов. Очень велика вероятность, хотя постоянно появляются новые аргументы и контраргументы по этому поводу, что самый главный военно-политический кризис разразится в Юго-Восточной Азии, по сравнению с которым даже Украина будет казаться чем-то «разминочным», и в эту воронку будет втягивать новые и новые государства.
То есть надежды многих романтически настроенных политологов, либерального толка прежде всего, что удастся все каким-то образом утихомирить, договориться, подписать какое-то соглашение, по которому кто-то что-то кому-то уступит или, наоборот, произойдет обрушение фронта и где-то случится переворот, ничего общего с действительностью не имеют, потому что кризис будет нарастать.
Тлеет конфликт в Закавказье, который может полыхнуть в любой момент, не все спокойно в Турции, не очень ясно, как там пройдут президентские выборы, не обернется ли эта политическая кампания какой-нибудь внутренней междоусобицей, если не специальной военной операцией по защите тюркского мира. Очень взрывоопасная ситуация в целом на Ближнем Востоке с учетом того, что в Израиле пришли к власти ультраправые, желающие, как и везде, сделать свою страну «снова великой». Кроме того, мы видим, что армия и полиция выведены на улицы нескольких латиноамериканских стран, где тоже возможно все. И даже в самих США тоже все непросто, но самый главный кризис, конечно — это кризис вокруг Тайваня, главная сюжетная линия — противостояние США и Китая.
И то, что произошло на Украине, в действительности это тоже лишь небольшая подглава этого противостояния. Как бы мы ни обижались на англосаксов, но этот капкан, расставленный успешно для российской буржуазии и в который эту буржуазию втолкнули, вынудив стать «агрессором» в глазах так называемого мирового сообщества и спровоцировав его аппетиты, — лишь одна маленькая глава в одной гигантской книге под названием «Мировой капиталистический кризис». И это не Ванга напророчила, это не я выдумываю, чтобы застращать, тут нет ничего нового: дважды в 20 веке человечество это проходило, и сам процесс, сама ситуация, сама природа империализма такова. Ничего противоречащего тем законам, которые однажды были установлены, не происходит.
Сколько бы наши социал-шовинисты, оппортунисты, примкнувшие к ноге собственной буржуазии, ни кричали, что мир изменился, пролетариат другой, нет большевиков, а значит, у нас сегодня не столкновение империалистических государств, а что-то новое, — но ничего нового не происходит. Это тот же виток исторической формации, который человечество видело в 20 веке.
