Обмен Бута на Грайнер показывает, как сильно деградировали наши отношения
Разные времена — разные символы. В эпоху первой «холодной войны» «шпионские размены» между СССР и США происходили на Глиникском мосту в городе-спутнике Берлина Потсдаме. Но, увы и ах, подконтрольной Москве Германской Демократической Республики давно не существует. И в эпоху второй «холодной войны» аналогичные мероприятия приходится проводить на берегу теплого моря — в столице ОАЭ Абу-Даби.
Россия получила Виктора Бута — известного предпринимателя, который был обвинен США в незаконной торговле оружием и еще с 2008 года томился в американской кутузке. В обмен на родину в Америку отправится Бриттни Грайнер — баскетболистка и гражданка США, которая в феврале этого года имела неосторожность прилететь в Москву с запрещенными наркотическими веществами в своих вещах.
Новости партнеров
Именно так на излете 2022 года выглядит «большая сделка» между Россией и США. Раньше в это понятие, конечно, вкладывалось нечто принципиально иное.
Вспомним саммиты Брежнева и Никсона, Горбачева и Рейгана, Ельцина и Клинтона. Вспомним всю атрибутику больших межгосударственных мероприятий, орды освещавших эти мероприятия журналистов, неожиданные повороты сюжета, которые возникали в ходе рандеву высших лидеров.
Возьмем, например, первую встречу нового Генерального секретаря ЦК КПСС Михаила Горбачева с президентом США Рональдом Рейганом в 1985 году в Женеве. В 2009 году Михаил Сергеевич признался в интервью: бывший голливудский актер, ставший американским лидером, предлагал ему тогда обдумать возможность создания советско-американского военного союза в случае вторжения инопланетян на нашу планету.
Сегодня все не так. И президенты остаются у себя дома, и даже «совместный фронт против инопланетян» никто не обсуждает. Понятие «большой сделки» сильно упростилось — да что там упростилось, примитивизировалось.
Москва хотела вернуть на родину своего гражданина Виктора Бута, Вашингтон — свою гражданку Бриттни Грайнер. В действие вступил принцип «товар–деньги–товар». И не важно, что в прямом смысле деньги в этой комбинации не участвовали. Не участвуя напрямую, они участвовали в ней в фигуральном смысле. «У вас есть то, что остро нужно нам. У нас есть то, что остро нужно вам. Можем договориться!» — вот то единственное (кроме страха взаимного уничтожения, разумеется), что служит сейчас «валютой» в отношениях Москвы и Вашингтона. Никакие прочие «переговорные валюты» больше не работают — или, по меньшей мере, работают в очень ограниченном объеме.
Это депрессивно, но в то же самое время дает некие основания для надежды на лучшее будущее. Или сформулирую это лучше так: в чисто теоретическом плане мы уже имеем готовую «дорожную карту» пути в это будущее.
РФ и США — пусть и в очень ограниченном объеме — сохранили способность к прагматичному и продуктивному диалогу друг с другом. Секретная дипломатия (нам никто не раскрыл и вряд ли во всей полноте раскроет подробности российско-американских переговоров) работает. А раз она сработала в ситуации с обменом заключенными, то, в принципе, она может сработать и в ходе диалога на более масштабные и важные темы. «Может сработать в принципе» очень часто реально означает «точно не сработает на практике». Очень часто — и точно в той геополитической реальности, которую мы имеем в декабре 2022 года.
Новости партнеров
Говорят, что «худой мир лучше доброй ссоры». Но Москва и Вашингтон находятся сейчас в фазе «доброй ссоры» и не готовы чем-то жертвовать ради достижения «худого мира». Обе страны-соперницы рассчитывают добиться «доброго мира» — доброго для себя и худого для конкурента.
Боюсь, что в самом будущем нас ждут лишь «большие сделки» в виде обменов заключенными. Однако хотя бы что-то — это все равно лучше, чем ничего.
