Не спешу влезать в историю с письмом тихоокеанских морпехов. И вот почему.
Во-первых, о боях за Павловку я пишу уже неделю. И пишу не в ура-угарном настроении, а о проблемах этой операции.
Новости партнеров
Во-вторых, мне не очень понятно, как письмо, отправленное лично губернатору Кожемяко, оказалось в открытом доступе? Его изначально вбросили в информационное поле или это утечка? И если этот вброс был сознателен, то это уже и не совсем письмо, а информационная операция, со всеми вытекающими, а если утечка, то кто за ней стоит?
В-третьих, любое раскрытие числовых значений является откровенным нарушением закона о военной тайне т.к. позволяет противнику сделать выводы о боеспособности воюющей против него бригады.
По самому же письму у меня, как у военного эксперта так же возникают вопросы.
— Обозначенные потери это потери за какой срок? За всё время наступления, за сутки, за конкретный бой? И каждый ответ многое меняет. Наступать на эшелонированную оборону хорошо обученного и подготовившегося к обороне противника это одна из самых сложных боевых задач. Выполнить её без потерь это из раздела чудес. И потому цифра, приведенная в письме, сама по себе ничего не значит. Нужна численность суточных потерь и, соответственно, наложенная на результаты наступления. Тогда картина будет более объективная.
Я полностью согласен с губернатором Кожемякой — нужно тщательное расследование всей этой истории и соответствующие выводы.
И последнее, как бы кому-то в кресле у компьютеров не хотелось, но война идет по своим особым законам. Мы сражаемся против закаленной в боях армии, которой командуют опытные командиры и военачальники, армии мотивированной, у которой куча передового вооружения. Мечтать тут победить малой кровью и кавалерийским наскоком глупость! А работать на врага, выворачивая прилюдно свои проблемы наизнанку — преступно.
Как-то так…
