Появились две очень похожие публикации о том, что за развал идет в западных странах по части даже не госуправления, а в целом отношений общества с политиками. Одна статья по части творящегося в Великобритании, другая об Америке.
Насчет англичан — человек с горечью говорит, что там происходит примерно то же, что в Японии (или, добавим, в Италии и прочих похожих местах): меняется четвертый премьер-министр за шесть лет. И каждый следующий все хуже. Вот сейчас, похоже, будет Лиз Трасс, которая поменяла убеждения уже несколько раз, от либертарианки до либерал-демократки, потом консерваторши, а остался от всего этого неисправимый ястребизм по отношению к Китаю и России, и только. Ее Консервативная партия — это «партия вообще», близкая к монополии на власть, но без внятных принципов.
Новости партнеров
И дальше хорошая цитата: такое бывает «в обществах с низким доверием, которые вообще уже не общества», где «даже всемогущий доллар или фунт уже не так надежны, как раньше». И единственное, во что в таких ситуациях верит политик — это в то, что если хочешь выжить, знай, что у всех коллег ножи наготове.
И ведь что тут интересно: автор мог бы поставить вопрос о том, что это за партия такая — британские консерваторы. Он это почти уже делает, перечисляя особенности и отличия поведения и Маргарет Тэтчер, и всех ее наследников вплоть до Бориса Джонсона. Но дело не в поведении, а в сути — в конце-то концов, изначальная идея любой партии была в том, что это часть людей в обществе, придерживающаяся какой-то общей идеи и пытающаяся уговорить общество претворить эту идею в жизнь. При этом есть другие части, с другими идеями, и все борются за истину — за лучший подход к управлению государством. Истина в итоге побеждает.
Британские консерваторы проделали в этом плане долгий путь. Настолько долгий, что не вполне ясно, что у них там за консерватизм. Когда-то партия действительно представляла определенные группы общества — аристократию с ее владениями и культурой, при Тэтчер упор был скорее на мелких собственников, которые тоже являются носителями старой доброй британской культуры (включая неумеренное употребление напитков в пятницу вечером, после тяжелой работы).
И все это время консерваторы боролись, по сути, с рабочим классом, чью слегка социалистическую идеологию представляли лейбористы («партия труда»). Но сегодня лейбористы выродились в притон всех безумных левых идей, которые сотрясают западные общества, в популярную версию глобализма. При этом они сблизились по множеству вопросов с консерваторами, а те сдвинулись ближе к лейбористам. И общая проблема немалой части Европы в том, что партии их становятся одинаковыми, избиратель с большим трудом отличает одну от другой и часто не понимает, а надо ли вообще за кого-то голосовать — все одинаковы.
А вот в США ровно наоборот — там партии не слились, а разошлись до такой степени, что разорвали страну на две ненавидящие друг друга примерно равные половины. И — да, обо всем этом тоже давно уже пишут.
Но наш-то наблюдатель за британскими консерваторами занят не политологическим анализом, а регистрацией ощущений среднестатистического человека: политики превращаются в людей, которые, вместо того чтобы представлять чьи-то взгляды, вообще этих взглядов не имеют. И от этого творится полный развал всего.
Про Америку почти дословно то же самое: сначала долго и подробно о том, что у нынешних руководителей страны язык без костей. А именно: Джо Байден сначала был против абортов (более важной темы у них там нет!), сегодня — за, сначала обещал наказать Саудовскую Аравию, потом поехал туда с визитом, сначала пугал публику ужасами из-за мексиканской границы, потом пообещал, что там не будет никаких стен. И то же самое с прочими политиками.
Новости партнеров
В виде эпиграфа у автора идет цитата из Сократа о том, что настоящий государственный деятель должен быть твердой реальностью среди теней. А тени — это то, во что превратилось все общество. Дословно — в мир, «где все стало ненастоящим, пустым и фальшивым». Там «президенты не руководят, полиция не охраняет, учителя не учат, прокуроры не обвиняют, пасторы не верят в Библию», «все стали актерами, не понимающими, что на самом деле они лишь играют роль». И добром для США — и для прочих — это не кончится.
То есть людям начинает казаться, что они живут в мире, где слова стали пустыми и не означающими того, что должны означать (некую твердую реальность). И поэтому не ладятся уже не слова, а дела. Тут у нас нечто очень, очень знакомое.
А именно: у Сократа был современник по имени учитель Кун, он же Конфуций. Который на интересующую нас тему высказался намного лучше, заявив, что наведение порядка в обществе и государстве надо начинать с исправления (или «выпрямления») имен. То есть — с приведения имен (названий) в соответствие с тем, что эти названия обозначают. Например, если ты беспринципный политикан и пустозвон, то не надо называться государственным деятелем.
К чему приводит неспособность называть вещи своими именами и как на такую неспособность реагируют люди в стране, философ описывает очень четко. Вот так:
«Если имена не выпрямлены, то и речам не будут послушны.
Если речам не будут послушны, то и дела не будут выполняться.
Если дела не будут выполняться, то ритуал и музыка (культура, религия. — Д.К.) не будут процветать.
Если ритуал и музыка не будут процветать, то наказания не достигнут цели.
Новости партнеров
Если наказания не достигнут цели, то и народу некуда будет ни приложить руку, ни поставить ногу.
Поэтому если благородный муж что-либо именует, то непременно для того, чтобы можно было высказать в речах.
А если что-либо высказывает в речах, то непременно для того, чтобы это можно было осуществить».
Слушайте, здесь ведь та самая ситуация, когда президенты не управляют, учителя не учат и так далее. Человек жил в шестом-пятом веках до нашей эры, описывал реально существовавший раздрай в китайском обществе того времени, а получается — как будто Запад сегодня.
Но тут горюющих можно утешить: вот же тот самый Китай с тех пор как поднялся, а было ведь, видимо, совсем плохо — Конфуций не зря печалился.
