На завершившемся 3 марта в Белоруссии втором раунде российско-украинских переговоров Москва, дав Киеву возможность несколько сохранить лицо, добилась поставленных целей, среди которых одна из важнейших — обеспечение безопасности мирных жителей Украины.
Максимум и оптимум
Новости партнеров
Если посмотреть на официальные заявления, то может показаться, что украинская делегация ведет переговоры с позиции победившей стороны. Прибывает на них в неподобающем составе (юрист-рейдер, политтехнолог и уличный активист) и в неподходящей для этого одежде. Выставляет, мягко говоря, крайне несерьезные условия (например, вывод российский войск и выплата Москвой репараций в размере 500 миллиардов долларов). Однако это не означает, что Украине не нужны переговоры – еще как нужны. По сути, они являются единственным шансом для страны на сохранение государства.
Правда, тут интересы Украины расходятся с интересом украинского руководства. Дело в том, что в той Украине, которую видит Владимир Путин (денацифицированое, демилитаризованное нейтральное федеративное государство с избранными на честных выборах руководителями) места нынешней майданной элите нет. Именно поэтому реальные, настоящие переговоры о завершении боевых действий на условиях Владимира Путина эмиссары Владимира Зеленского начинать не хотят. Они реализуют совершенно иную повестку.
Цели президента Зеленского в переговорном процессе понятны. Программа-максимум – добиться вывода войск и прекращения операции. На сегодняшний день эта программа, по всей видимости, невыполнима.
Однако у украинского президента есть и, условно, программа-оптимум – максимально задержать операцию через соглашения о перемирии, временном прекращении огня и т.п. Расчет делается исходя из предположения, что время играет не в пользу Москвы.
Казалось бы, эта программа оптимум и была достигнута. По словам главы российской делегации Владимира Мединского, на переговорах стороны договорились об организации гуманитарных коридоров для вывода мирного населения, а также о временном прекращении боевых действий в секторах этого коридора. И, соответственно, возникает вопрос – зачем Москва согласилась на такое предложение?
Переговорная позиция
Ответ очень простой. Во-первых, в понимании российского руководстваречь может идти не о затяжке, а, наоборот, об упрощении проведения военной операции. Не секрет, что в крупных городах – Харькове, Мариуполе – ВСУ, нацисты и фольксштурм прикрываются местными жителями как живым щитом, прекрасно зная установку российской армии на причинение минимального вреда мирным и городской инфраструктуре. Попытки местных жителей покинуть город приводят нередко к их банальным расстрелам со стороны украинских сил. Поэтому и нужен коридор с прекращением огня в этой конкретной зоне – чем больше мирных жителей покинут города, тем проще войскам РФ будет их освобождать и затем заниматься «денацификацией» Украины.
Новости партнеров
А во-вторых, в действительности время играет в пользу России. Владимир Путин еще раз заявил о том, что Москва намерена выполнить все поставленные им задачи на Украине. Это было заявлено как на заседании с постоянными членами Совета Безопасности, так и в телефонном разговоре с президентом Франции Эммануэлем Макроном. Если Россия пройдет этот путь, она придет к постепенному снятию санкций и началу реальных переговоров с Западом при одновременном исчезновении украинского рассадника проблем. Если она свернет с пути, то ей никто не позавидует.
Сигналом в пользу этого служат и сказанные, казалось бы, с противоположной целью слова замгоссекретаря Виктории Нуланд о том, что «санкции закончатся, если Россия закончит воевать и поможет отстроить Украину, восстановит мир и признает суверенитет и территориальную целостность данной страны, а также ее право на существование». В значительной мере именно это, очевидно, Россия и собирается сделать — завершив войну, обеспечить Украине прочный мир, несомненно — помочь ее отстроить, а что касается территориальной целостности, то тут, как сказал Владимир Путин, будет действовать право народов на самоопределение, при котором Крым, Луганская и Донецкая республики свой выбор уже сделали. И слова Нуланд, это уже переговорная позиция, причем не с Киевом, а с Вашингтоном.
Что же до Украины, то переговоры с ней носят немаловажный, но не первостепенный характер, а время как раз играет не в ее пользу. Точечные перемирия в конкретных зонах гуманитарных коридоров никак не мешают российским войскам осуществлять наступательные операции – в частности, на южном направлении. Сейчас на Донбассе сжимается кольцо вокруг самой боеспособной группировки ВСУ. В Харькове российские войска планомерно уничтожают места скопления боевиков – то ли хорошо работает разведка, то ли сами харьковчане активно делятся информацией с войсками РФ. Кроме того, начинают сказываться последствия российского контроля воздуха: уничтожение складов привело к тому, что у украинской техники банально заканчивается топливо. Ополченцы ДНР и ЛНР регулярно отчитываются о захвате новых танков в районе Краматорска и Мариуполя.
Поэтому не исключено, что к следующему – третьему – раунду переговоров, который пройдет на следующей неделе, Зеленскому придется думать уже не о программе-оптимум, а о программе-минимум. Скажем, согласиться на потерю Крыма и Донбасса в обмен на сохранение нынешнего режима в Киеве, а также оставшейся территории Украины под его контролем. Но примет ли эти условия Россия.
