«Зачистка политической поляны» в России продолжается
19 мая Гагаринский суд Москвы приговорил лидера движения «За новый социализм» Николая Платошкина к пяти годам условно и штрафу в 700 тысяч рублей.
В вину ему поставлена, если коротко, организация противоправных действий.
Новости партнеров
Гособвинение просило для Платошкина реальный срок в виде лишения свободы на шесть лет в колонии общего режима и штрафа в размере 500 тыс. рублей.
Суд по факту согласился с обвинениями, но меру наказания смягчил. Сторонники Николая Платошкина, да и он сам (55-летнего политика понять вполне можно), восприняли вердикт суда как победу. Только в чем она? В том, что для любого человека у нас в стране можно найти статью УК? Так в этом и так мало кто сомневается.
— Хорошая власть борется с причинами недовольства, а плохая — с недовольными, — считает секретарь московского городского комитета КПРФ по выборам Николай Волков.
— Приговор — Платошкину — явное тому подтверждение. Власть не может решить серьезных проблем, вместо этого она пытается «заровнять» всё оппозиционное поле. Здесь и ужесточение цензуры в интернете, и попытки слома избирательной системы через многодневное голосование и голосование через интернет, и политические репрессии.
КПРФ требует отменить несправедливые приговоры Н.Н. Платошкину и В.И. Бессонову, освободить А.С. Левченко, прекратить задержания рядовых участников акций протеста.
Конституционное право граждан выражать своё мнение никто не отменял.
— Обвинительный приговор Платошкину был предрешен заранее, — убежден политолог Андрей Милюк.
Новости партнеров
— Тот, кто судился в российских уголовных судах, знает, что сторона защиты борется не за оправдание (это практически невозможно), а за смягчение наказания.
Платошкину дали самый суровый из самых мягких приговоров. Могли дать реальный срок — дали условный, но большой. Могли этим и ограничиться, но не удержались — дополнительно «покарали рублем», крупным серьезным штрафом.
Как известно, совсем оправдать обвиняемого — редчайший случай, тем более в делах, которые можно назвать политическими. Суд мог снять часть обвинений, переквалифицировать на менее тяжкие — вместо этого якобы гуманность в сравнении с запрошенными прокурором шестью годами реального срока.
Надо смотреть на Платошкина-политика, чтобы понять, почему был вынесен именно такой приговор.
В год перед возбуждением уголовного дела стал очевиден сдержанный интерес власти к фигуре Николая Николаевича: его активно приглашали на телевизионные политические шоу, позволяли умеренно критиковать власти и не препятствовали развитию его движения.
В целом складывалось впечатление, что у Кремля есть некоторые виды на Платошкина: сделать его одним из нескольких кандидатов-спойлеров, которые будут допущены на выборы, но не пройдут в Думу.
Ученый-дипломат не воспринимался как серьезный конкурент власти, ведь вопрос о власти в России всегда решается в уличной политике. Платошкин быстро обрастал сторонниками, но это, опять же, люди под стать ему: мягкого темперамента представители «глубинного народа», вряд ли способные на прорывы омоновских цепей.
В какой-то момент Платошкин то ли воспротивился навязываемой ему роли, то ли просто стихийно радикализировался, и перестал быть предсказуемым контролируемым политиком. Вряд ли сторонники Платошкина внесли бы ощутимый вклад в уличные протесты, но Кремль, как мне кажется, решил показательно его наказать за «выход за флажки». В том числе в назидание более сговорчивым фигурам, призванным оживить думские выборы.
Новости партнеров
— Какие последствия может иметь дело Платошкина?
— Во-первых, я думаю, это сигнал остальным судам, как работать в будущем по подобным делам. В рамках «обеспечения единства правоприменительной практики» этот сигнал будет услышан.
Во-вторых, судебные заседания собирали толпы сторонников Платошкина из сотен и сотен человек, и при этом — оглушительное молчание в СМИ, особенно в либеральных. О процессе писали лишь специализированные правозащитные медиа.
Думаю, левые политические активисты запомнят этот жест и сделают соответствующие выводы.
В деле Платошкина нет каких-то темных пятен, но при этом он стал фигурой умолчания для многих — опять же из-за своих политических взглядов.
— Подобного рода судебные процессы трудно отнести к правосудию, —продолжает тему главный редактор портала ФОРУМ. мск Анатолий Баранов.
— Могли, например, Платошкину вменить «греховность мыслей» или «покушение на святыни», каковыми надо считать любой документ правительства. Просто сегодня приватизация власти дошла то такой степени, что посадить можно кого угодно и за что угодно…
Критика действий правительства, строго говоря, не может быть преступлением. Это основа демократии — если власть выборная, то ее оппоненты должны иметь возможность ее критиковать. Но это если выборная, конечно…
— Власть уже настолько боится любой критики?
— После дела Галяминой, на мой взгляд, появился алгоритм для судов — заявлять крайне жесткие требования стороны обвинения, а потом ограничиваться длительным условным сроком. Вроде и не жестоко, но человек выводится из активной политики на приличное время.
Видимо, решили, что Платошкин уж слишком может сдвинуть голоса в поддержку КПРФ — у самого-то у него партии никакой нет…
Власть уже давно воспринимает российскую политику как свой огород. Приватизировали государство, теперь принялись и за общественную жизнь. Не удивлюсь, что у них руки дотянутся и до половой жизни граждан.
