Мир погряз в долгах. Пандемия вынудила правительства резко увеличить госрасходы, а центральные банки — снизить процентные ставки. В результате общая задолженность в три с половиной раза превысила объем мировой экономики. И это далеко не предел.
Мировая долговая яма
Новости партнеров
Господдержка экономики в период пандемии влетела в копеечку. Точнее, в 24 триллиона долларов — настолько увеличился глобальный долг в 2020-м. Для сравнения, в 2019-м прибавилось 10,8 триллиона, в 2018-м — 3,3.
Общая сумма займов достигла 281 триллиона долларов, подсчитали в Институте международных финансов (IIF). Это долги и государств, и корпораций, и банков, и населения. Причем львиная доля, как ни парадоксально, приходится на развитые страны. В лидерах — США, Япония, ЕС, Южная Корея, Великобритания.
Соотношение госдолга к ВВП более чем критическое. В США — 108 процентов, Великобритании — 100,5, во Франции — 116, в Японии — 240.
Правительства и центральные банки объясняют все пандемией. Экономика нуждалась в финансовых вливаниях. Так, Федеральная резервная система США 15 марта прошлого года на экстренном заседании снизила процентную ставку до 0-0,25. К слову, Дональд Трамп неоднократно призывал обнулить стоимость кредитов.
Как отмечают экономисты, коронавирус пришелся кстати. Расчехлить «денежный принтер» давно хотелось.
«По обе стороны океана власти искали предлог, чтобы США и Европа рефинансировали огромный долг под исторически самую близкую к нулю процентную ставку. Прежние займы заменили на более масштабные, но на льготных условиях. Столь слаженные действия выглядят как хорошо спланированная финансовая спецоперация», — рассуждает Петр Пушкарев, ведущий экономист информационно-аналитического центра TeleTrade.
Причем на фоне паники удалось привлечь инвесторов, ранее не горевших желанием вкладываться в надежные, но совершенно не привлекательные по доходности долговые активы ЕС или США, добавляет собеседник агентства.
Новости партнеров
Жизнь в долг характерна для большинства стран. Но этот долг надо обслуживать. «Ситуация становится рискованной при платежах по кредитам выше 30 процентов. Более 50 — опасным», — говорит независимый финансовый эксперт Алексей Бушуев.
В зоне риска — развивающиеся страны, в том числе Ливан, Китай, Малайзия и Турция. У них долг — 250 процентов ВВП. Даже при рекордно низких ставках им сложно обслуживать кредиты, поскольку резко упали государственные доходы.
«Если центральные банки продолжат стимулирующую монетарную политику, глобальный долг в течение полутора-двух лет превысит 300 триллионов долларов. Кредитный пузырь может лопнуть, породив мировой кризис, сопоставимый с Великой депрессией 1930-х», — предупреждает Олег Чередниченко, доцент кафедры экономической теории РЭУ имени Г. В. Плеханова.
Власти это осознают. Поэтому ожидается разворот монетарной политики в сторону сдерживания. Причем в ближайшие месяцы.
С подушкой безопасности в кризис
Банк России уже завершил цикл смягчения денежно-кредитной политики. Об этом заявила в феврале глава регулятора Эльвира Набиуллина. Если в предыдущие кризисы ЦБ повышал ключевую ставку, то на этот раз понижал. В прошлом году — с 6,25 до 4,25 процента. Так стимулировали экономическую активность в период пандемии.
Коронакризис заставил влезть в долги и Россию. Выручка от продажи нефти и газа упала, а расходы бюджета увеличились более чем на четыре триллиона рублей.
В результате госдолг вырос почти на 40% — до 19 триллионов рублей. Но это всего 18% ВВП — совершенно безопасный уровень.
Новости партнеров
За год Минфин выпустил облигации федерального займа более чем на пять триллионов рублей. Это делали про запас, пользуясь интересом инвесторов, пока нет новых санкций.
«России не нужен срочный заем. Можно развиваться за счет собственных накопленных ресурсов. Это лучше, чем субсидировать экономику ценой масштабного наращивания внешнего долга, как поступают западные страны», — отмечает Петр Пушкарев.
Однако и заемные средства не помешали бы. Они бы помогли не только быстрее восстановиться после пандемии, но и преодолеть инерцию предыдущих двух-трех лет стагнации, продолжает собеседник.
По словам Владимира Путина, «накопленные резервы достаточны для того, чтобы обеспечить стабильную ситуацию, исполнение всех бюджетных и социальных обязательств даже при возможном ухудшении ситуации в глобальной экономике».
Президент и правительство рассчитывают на «подушку безопасности». А это примерно 563 миллиарда долларов — международные резервы Банка России. Еще 124 миллиарда — у Фонда национального благосостояния.
Однако турбулентность на энергорынках сохраняется. Резкие скачки — серьезное испытание для всей мировой экономики. В том числе российской, по-прежнему сидящей на «нефтяной игле». Поэтому необходимо наконец сосредоточиться на диверсификации, которую обсуждают десятилетиями.
