Кто дал отмашку на продажу стратегического металла?
В 2019 году Россия резко, в 8 раз, нарастила экспорт золота: он превысил 5,74 млрд долл. 93% этого золота поступило в Англию. Экспорт российского золота в нее в 2017 году составлял 1,1 млрд долл., в 2018 — 0,43, а в 2019 — 5,3 млрд. (среди других направлений экспорта золота из России — его поставки на 3 тыс. долл. в Бразилию, 4 тыс. долл. — на Украину, 30 тыс. долл. — в Польшу).
Причину такого интереса к золоту легко связать с Brexit, но это будет ошибкой: собственно, английские покупатели приобрели российского золота менее чем на полмиллиарда долларов. Все остальное было приобретено иностранными инвесторами, просто воспользовавшимися Лондоном как по-прежнему главным центром мировой торговли золотом (несмотря на окончательно состоявшееся из-за Brexit перемещение финансового центра мира в Нью-Йорк).
Новости партнеров
Рост внимания к золоту в мире естественен: впереди Глобальная депрессия, и даже старательно игнорирующие реальность в минувшем году вынуждены были реагировать на растущую в мире неопределенность, прежде всего связанную с торговой агрессией США против Китая.
Гораздо интересней другой вопрос: почему российское государство, в целом наращивая долю золота в золотовалютных активах Банка России (в середине прошлого года она составила 19%), закрывает глаза на рост его вывоза из страны?
Ведь именно «сакральный металл» является главной ценностью в любой кризис, а тем более в ожидаемой вскоре (судя по внезапной лихорадочной активности при проведении политической реформы) Глобальной депрессии, в которой даже всемогущий пока еще доллар может превратиться в резаную бумагу?
Ответ элементарен: потому что избавление России от «непосильного бремени» ценных ресурсов, насколько можно судить, — главная и неизменная задача либералов, в том числе и отечественной сборки.
Ведь смысл пресловутого «налогового маневра» заключался далеко не только в экономическом уничтожении Белоруссии, руководство которой все еще смеет не просто не подчиняться глобальным финансовым спекулянтам (которым прислуживают либералы современности), а и наглядно служить своему народу, развивая экономику и социальную сферу. Его главная цель — сокращение потребления в России нефти (при помощи завышения ее внутренних цен) и максимальное стимулирование ее экспорта в сыром, не переработанном виде (при помощи обнуления вывозных пошлин), чтобы доход от ее переработки доставался не «русским варварам», а корпорациям Запада.
В рамках той же самой логики накануне вхождения мировой экономики в «идеальный шторм» управляющие Россией либералы не просто не концентрируют имеющееся золото в руках государства, а стимулируют (и весьма эффективно) его вывоз из страны.
Еще в мае 2019 года на скупку золота внутри страны была установлена скидка, которая увеличивалась ежемесячно и с декабря 2019 года составляет 0,12% на неорганизованных и 0,21% на организованных торгах. Официальная цель введения скидки — «выравнивание ценовых условий продажи золота … с условиями его продажи на экспорт», и, насколько можно судить по результатам, его, как это обычно бывает с обещаниями либералов, следует понимать строго наоборот.
Новости партнеров
Вероятно, именно благодаря введению скидки удалось замедлить скупку золота более чем в 1,7 раза — с 8,8 млн. тройских унций в 2018 до 5,1 млн. в 2019 году. В частности, Сбербанк в 2019 году экспортировал золото, а не продавал его государству, по официальной информации, именно «ввиду изменений закупочной политики».
В целом российские банки накопили в своих хранилищах рекордное за последние пять лет количество золота — 92 тонны. Во многом это не только подготовка к предстоящим трудным временам и база для разнообразных финансовых операций, но и результат нежелания субъектов экономики продавать его государству по заведомо заниженным ценам.
Выдавливание из России золота, стимулируемое либеральным кланом, объективно направлено на лишение нашей страны критически важного ресурса в пользу ее стратегических конкурентов. Оно еще раз подтверждает как последовательно антинародный характер политики правящего нами либерального клана, так и ничтожность российской государственности, сохраняющей в целом (при всех патриотических эпизодах, так и остающихся лишь эпизодами) компрадорский и колониальный характер «образца 1990 года».
