В середине месяца Росстат традиционно волновал граждан статистическими отчетами. С особым трепетом мы следили за динамикой доходов. Динамика была простая и неприятная. Шестой год доходы населения, согласно Росстату, падают. Но на этот раз отчета мы не дождались. Росстат объявил, что будет считать доходы по-новому и сообщать публике об этом реже — не ежемесячно, а ежеквартально. Возникает естественный вопрос: с какой целью наши статистики решили считать бедных по-новому?
На последней пресс-конференции обнаружилось, что президент РФ не слишком доверяет данным статистики. В едва начавшемся 2019 году Росстат уже дважды удивил экспертов. Сначала пересчитал ВВП и объявил, что в 2018 году его рост оказался рекордным за пять лет. И тут же добавил, что в феврале промышленность выросла на четыре процента, хотя это расходится с данными других ведомств. Вдобавок Министерство труда оповестило, что достигнуты серьезные успехи в борьбе с бедностью.
Новости партнеров
В итоге бдительные граждане заподозрили статистиков в подтасовке. Президент обязал чиновников в два раза снизить уровень бедности к 2024 году. В России бедными считаются люди с доходами ниже прожиточного минимума (10,3 тысячи рублей) — это, как ни печально, 19 миллионов граждан. Не являемся ли мы свидетелями злокозненной попытки: если не удается решительно поднять экономику, надо по-новому пересчитать бедных?
Не отвергая напрочь такую возможность, надо согласиться с новым руководством Росстата в том, что старая методика подсчета доходов населения страдает многими упущениями. К примеру, доля скрытых доходов составляет 26 процентов. Новая методика учитывает выпадавшие статьи: сдача жилья внаем, надомная работа, репетиторство и прочее снижают долю неучтенных доходов до 11,5 процента. Первая корректировка выяснила, что в 2018 году статистика не заметила у граждан одного процента доходов. Можно ехидно заметить: надо, мол, считать еще лучше, пока граждане не почувствуют себя миллионерами. Впрочем, по некоторым данным, теневая экономика увеличивает доходы бедных в среднем в 1,5–1,8 раза.
Шутки шутками, но старая методика приводит к парадоксам. Экономика худо-бедно поднимается, но доходы падают, хотя по опыту других стран между этими показателями имеется прямая зависимость. Если корреляции нет, какой-то из параметров рассчитан неверно. Статистика — это наука. Если в России проблемы с наукой, а с этим спорить бессмысленно, то как может оставаться непогрешимой статистика? Уверен, ее алгоритмы покрылись коррозией, пора наждаком пройтись.
Еще одна неочевидная проблема: кого считать бедным?
В России установлен порог по прожиточному минимуму, но, хоть убей, не понимаю, как можно прожить на эти деньги. Почему в прожиточный минимум не включены обязательные в век цифровой революции расходы на мобильную связь и интернет-трафик? В большинстве европейских стран с низким уровнем теневой экономики порогом бедности считается доход, который составляет 60 процентов от медианного дохода. В России медианный доход — 32 тысячи рублей. Может быть, бедняков у нас в два раза больше? В любом случае понятно, что борьба с бедностью требует более четкой и корректной картины.
И, конечно, нельзя забывать, что бедность — это отражение социального неравенства, а Россия принадлежит к числу стран с его высоким уровнем. Доходы десяти процентов самых богатых превышают доходы десяти процентов самых бедных в 16 раз. А один процент самых богатых граждан распоряжается 75 процентами национальных богатств.
Кстати, в некоторых странах при определении бедности учитывается самоощущение человека. В этом есть резон. Психологическая атмосфера — важный критерий социального самочувствия. Как говорил Честертон, бездомный под парижским мостом может быть счастливее миллионера. Впрочем, поэтические метафоры Росстату лучше не оцифровывать.
