Американский дипломат показал презрительное отношение США к России

Поделиться

Amr Dalsh / Reuters

«Я переживал, что Россия может возродиться, кипя от обид и неуверенности». Это не единственное откровенное признание, которое делает в своей книге бывший посол США в Москве Уильям Бернс. Откровения дипломата со всей полнотой показывают нелепость представлений американской элиты о нашей стране – и лично о Владимире Путине.

Председатель Фонда Карнеги за международный мир и бывший посол в Москве (2005–2008) Уильям Бернс опубликовал в журнале Atlantic пространный текст под заголовком «Как испортились отношения США и России». Бернс откровенно делится личными обстоятельствами встреч с Владимиром Путиным, наблюдениями о жизни в России и теми советами, которые он давал первым лицам США.

Основной посыл текста в том, что равное сотрудничество с Россией практически невозможно, а «Трамп, по-видимому, не осознает, что сотрудничать с такими противниками, как Путин, – неправильная цель для дипломатии, направленной на продвижение собственных интересов». Бывший посол настаивает на так называемой тактичной дипломатии во взаимоотношениях с Россией. «Мы не должны уступать Путину или же отказываться от надежды увидеть Россию без него».

Очаровательно, но вызывает много вопросов.

Текст изобилует множеством штампов, литературно-идеологических отклонений и изысков, и просто фактических ошибок. Это свойственно практически всем американским дипломатам и разведчикам, которые считают себя специалистами по России. Даже часто упоминаемая в тексте Кондолиза Райс диссертацию писала по Достоевскому и пыталась объяснить своему прямому начальнику – президенту Джорджу Бушу-младшему, что все русские люди вышли из образов «Преступления и наказания». Буш тогда ничего не понял, но дело даже не в этом. Сама Райс искренне думала, что она знает и понимает Россию и русских на основании чтения текстов, которые морально устаревали уже к моменту выхода в печать в позапрошлом веке.

Некоторые фактические ошибки в тексте Уильяма Бернса удивляют. «Посольство, ветхое здание горчичного цвета недалеко от Москвы-реки, работало с 1950-х. Пожар 1991 года нанес ему значительный ущерб, а российские агенты разведки бросились тогда на место происшествия под видом пожарных», – пишет посол.

Но дело в том, что знаменитый пожар в американском посольстве, в ходе тушения которого глава станции ЦРУ Гас Хэтуэй дрался с московскими пожарными (не пуская их на седьмой этаж, где располагались помещения ЦРУ), случился не в 1991 году, как утверждает Бернс, а аж в 1977-м. Видимо, нового сотрудника посольства, приехавшего в Москву в первую командировку в 1994 году, напугали страшными старыми сказками все те же сотрудники ЦРУ, среди которых Хэтуэй до сих пор легенда.

«Владивосток – мрачное сердце русского «Дикого Востока». «В кабине самолета пилот со слезящимися глазами прятал полупустую бутылку водки». «На советских бронетранспортерах сидели российские солдаты в банданах, солнцезащитных очках и футболках с коротким рукавом. С патронташами и большими ножами за пазухой они скорее были похожи на банду, чем на профессиональных солдат». В принципе, обычные штампованные образы, к которым все уже привыкли. Другое дело, что привыкать не стоило. И исходит все это сейчас не от посла, а от руководителя Фонда Карнеги – одного из крупнейших мировых think-tank. Как выразился один из его сотрудников недавно в частной беседе, «всемирного министерства политической науки». Формирование общественного мнения в чистом виде.

«Зима в России не для оптимистов, и в некотором смысле здесь распространены настроения, отражающие полный мрак. Здесь живут люди, рожденные с мыслью о национальном горе из-за потери статуса сверхдержавы и не менее острым ощущением, что Запад пользуется слабостью России». Это цитата не из статьи. Такими вот образами и метафорами сотрудник посольства (еще не посол) Уильям Бернс описывал в 1994 году положение дел в стране пребывания в официальной телеграмме вице-президенту США Альберту Гору, инструктируя его перед визитом в Москву. Тогда Бернс был в России без году неделя в прямом понимании этой поговорки.

Ладно, смиримся с «мыслями о национальном горе». Отчасти это так, хотя мало кому приходит в России в голову именно такими словами это формулировать. Но зачем в официальной установочной телеграмме вице-президенту разводить литературную разлюли-малину про «зиму и мрак»?

Уильям Бернс – плоть от плоти человек семейства Клинтон, и он задним числом пытается приписать себе сверхзнания о России и даже дар пророчества. «Когда я в начале 1996 года покинул Москву после первой командировки, я переживал, что Россия может возродиться, кипя от обид и неуверенности», – пишет он. Оно и правда, но исам Бернс признает, что спровоцированы эти настроения были позицией Билла Клинтона относительно расширения НАТО.

Посольская каденция Бернса пришлась на резкое обострение отношений России с Грузией. Ее он тоже впервые нашел на глобусе, что стало для него и незабываемым опытом, и полным провалом как посла одновременно (за что его и сняли, кстати). Уильяма Бернса можно смело записать в ту самую американскую команду, которая спустила с цепи Михаила Саакашвили, и это мы тоже никогда не забудем. «Одним тоскливым февральским днем 2008 года, когда за окном непрерывно шел снег, я написал длинное личное письмо госсекретарю Райс, подчеркивая, что Путин рассмотрит как серьезный, намеренный вызов любые действия в отношении членства Украины и Грузии в НАТО. «Сегодня Россия уже сможет ответить, – продолжил я, – это будет хорошим поводом для вмешательства в дела Крыма и Восточной Украины. Высока вероятность последующего возникновения российско-грузинского конфликта».

Ладно, хорошо, в феврале действительно идет снег и бывает тоскливо, как порой и в Вашингтоне. Но в 2008 году никто в Москве даже не думал о «вмешательстве в дела Восточной Украины». Тут Бернс либо привирает, что свойственно всем воспоминаниям, либо задним числом подгоняет события под современную повестку дня. Его задача – доказать утвердившуюся в интеллектуальных кругах США позицию, что Россия, униженная и оскорбленная распадом СССР, теперь будет агрессивно мстить всем вокруг. И ей, следовательно, надо так же агрессивно противостоять. А небольшая подтасовка фактов и «аберрации памяти» для директора Фонда Карнеги нормальная история. Все так делают.

Текст изобилует подробностями контактов с Путиным и характеристиками, которые Бернс дает российскому президенту. В основном они оскорбительны и носят исключительно манипулятивную функцию: подчеркивают невозможность общения США и России в силу обстоятельств экзистенциальных, зависящих якобы от характера Владимира Путина.

Который, по Уильяму Бернсу, в свою очередь, символизирует русский национальный характер и русские же национальные обиды и комплексы.

«Характер российско-американских отношений заложен исторически, словно соперничество и бесконечные подозрения между этими государствами неизбежны. Возможно, тут есть доля правды, мы не можем это игнорировать. Но вся правда намного сложнее и прозаичнее. Все видели ситуацию по-разному. Америка предполагала, что Москва в конечном счете свыкнется с позицией младшего партнера и примет расширение НАТО вплоть до украинских границ. А Россия всегда видела худшее в мотивах США и верила, что ее коррумпированная политика и экономика без реформ станут идеальным основанием для настоящей геополитической власти».

В этой цитате сразу все – и очевидное «дважды два» («исторический характер отношений»), и набор традиционного американского снобизма («роль младшего партнера»), и собственные же страхи («настоящая геополитическая власть»).

В этом контексте описание того, как дипломат и посол Бернс настраивал вице-президента Альберта Гора, президента Барака Обаму и госсекретарей Кондолизу Райс и Хиллари Клинтон на встречи с российским президентом и какие, мягко скажем, странные советы он им давал, прекрасно иллюстрирует отношение американской администрации к России как к партнеру в целом.

Госпожа Клинтон делает далеко идущие геополитические выводы на основании беседы с Путиным о сохранении амурских тигров и белых медведей.

«Увидев, насколько он (Путин – прим. ред.) заинтересован в дикой жизни Сибири и как суров в отношении российско-американских отношений, она (Хиллари Клинтон – прим. ред.) поняла, насколько мал потенциал развития связей между двумя государствами». Непонятно, что тут надо делать – аплодировать или плакать.

А может, он и прав? То есть не в плане взаимосвязи «дикой жизни Сибири» и геополитических обстоятельств, а по жизни? Даже та крошечная часть американской интеллектуальной элиты, которая симпатизирует России, тихо под звук воды на своих коттеджных кухнях в пригородах Гарварда и Беркли говорит о том, что сотрудничество в области стратегических вооружений невозможно, прокси-войны бесконечны, а уровень взаимного отторжения уже не понизить каким-нибудь новым проектом «Аполлон – Союз». Американская дипломатия, даже трамповская, все равно подпитывается из этих источников.

Если бы Уильям Бернс просто написал книгу о том, как он провел четыре с половиной года за две командировки в России и как он там настрадался из-за февральского снега, дурного вида из окна и гнетущего ощущения отсталости и агрессии всех вокруг, мы бы ее просто прочли и посмеялись. И даже отчасти посочувствовали, поскольку кое-кто тоже жил в 90-е. Но даже если этот текст создан только для очередной атаки на Трампа, то он все равно важен для понимания того, что творится в головах университетской интеллектуальной элиты США.

Очень тяжелый мир у них в головах. С белыми медведями и амурскими тиграми в качестве геополитических факторов – и озлобленными русскими, мстящими за разрушение СССР. Честное слово, лучше б Достоевского читали.

vz.ru


Поделиться

Читайте также

Загрузка...

Комментарии

Комментарии для сайта Cackle

Новости партнеров