Китай и Россия: дружба дружбой, а деньги – американские

Поделиться

tsargrad.tv

Разворот России на Восток не заставил Китай хотя бы чуть-чуть отвернуться от Запада. Мы по-прежнему остаёмся второстепенным партнёром, интересы которого Китай учитывать не намерен

В поисках нового братства

После того как весной 2014 года Вашингтон вместе со своими союзниками объявил против России первые экономические санкции, Москва стала медленно освобождаться от иллюзий. До российских чиновников и олигархов стало потихоньку доходить, что Россия и Запад – не только разные, они плохо совместимы, и экономические санкции против России – норма отношений между ними.

Начался медленный разворот России на Восток. Москва вспомнила о могучем восточном соседе, который к началу текущего десятилетия уже прочно закрепил за собой звание мировой экономической державы номер два. И Москва решила компенсировать свои потери на западном направлении наращиванием сотрудничества с Китайской Народной Республикой.

В российских СМИ тема российско-китайского сотрудничества вышла на первый план. Активизировался обмен различными делегациями двух стран, постоянно стали проводиться какие-то форумы, конференции, шли непрерывные переговоры. В представлении среднестатистического российского обывателя Китай превратился в главнейшего партнёра России, причём, по его ощущениям, масштабы экономических отношений между нашими странами непрерывно наращиваются.

Ни роста, ни инвестиций

Но давайте оценим масштабы и динамику этих отношений на языке статистики.

Основная форма экономических отношений между двумя странами – внешняя торговля. Приведу данные по товарообороту за последние годы (млрд долл.): 2013 год – 89,2; 2014 год – 95,3; 2015 год – 61,4; 2016 год – 66,1; 2017 год – 87,0. В ушедшем году, как полагают обе стороны, товарооборот впервые превысил отметку в 100 миллиардов долларов. Но разве это можно назвать «бурным ростом»?

Конечно, за период 2013-2017 гг. общий объём товарооборота России со всеми странами мира сократился с 863,1 млрд долл. до 591,7 млрд долл., или на 31,4%. Поэтому доля Китая в общем обороте внешней торговли России за указанный период выросла с 10,3% до 14,7%. В результате Китай вышел на первое место среди торговых партнёров России, потеснив Германию, позиции которой ослабли из-за того, что она подключилась к экономическим санкциям.

Ряд факторов тормозит развитие торговли между двумя странами. Один из них – несбалансированный характер торговли. Импорт из Китая в Россию устойчиво превышает российский экспорт в Китай. Так, в 2016 году товарный экспорт был равен 28 млрд долл., а импорт – 38,1 млрд долл. Отрицательное для России сальдо составило 10,1 млрд долл. В 2017 году экспорт составил 38,9 млрд, импорт – 48 млрд, отрицательное сальдо – 9,1 млрд долл. За период 2014-2017 гг. суммарное отрицательное сальдо российско-китайской торговли составило 39 млрд долл. Двустороннюю торговлю тормозит слабый экспортный потенциал России. Мы гоним в Китай преимущественно нефть и уголь (около 70%) и кое-какое сырьё. Плюс к этому оружие. Больше ничего предложить не можем.

Больным вопросом является контрабандная торговля, которая, судя по всему, процветает. Часть этой контрабанды можно высветить путём сопоставления таможенной статистики двух стран. Вот один лишь пример. Известно, что Россия не поставляет в КНР никель и медь. При этом официальные данные китайской таможни говорят о том, что за первое полугодие 2017 года Россия поставила в Китай никеля на 489 млн долл. и меди на 120 млн долл. Согласно некоторым источникам, контрабандная торговля контролируется почти исключительно китайцами, имеет преимущественную направленность из Китая в Россию, её невозможно оценить даже косвенно, поскольку товары не регистрируются ни на китайской, ни на российской таможнях, а продвигаются по тайным «коридорам».

Что касается инвестиционного обмена между странами, то он, образно выражаясь, находится на нуле. Если верить статистике Центробанка России, то прямые инвестиции из России в Китае практически отсутствуют. Что касается китайских прямых инвестиций в России, то их накопленный объём смехотворно невелик. По итогам первого полугодия 2018 года китайские инвесторы забрали один миллиард долларов из реального сектора российской экономики, а общий объём их вложений упал до 3,18 млрд долларов. Учитывая, что суммарный объём накопленных иностранных прямых инвестиций в России на середину 2018 года составил 526,1 млрд долларов, получается, что доля Китая была равна всего 0,6%. Это примерно столько же, сколько пришлось на инвестиции из США. Но ведь США фактически объявили России экономическую войну, а Китай мы рассматриваем чуть ли не как ближайшего союзника в нашем противостоянии с Америкой.

Если мерить близость тех или иных стран к России показателем накопленных прямых инвестиций в российской экономике, то следует признать, что нашими ближайшими союзниками оказываются: Кипр (объём накопленных прямых инвестиций в российской экономике на середину 2018 года составил 164,2 млрд долл.); Багамские острова (33,7 млрд); Бермуды (30,4 млрд); Британские Виргинские Острова (15,2 млрд) и т.п. Китай на фоне этих «союзников» выглядит как микроскопическая юрисдикция.

Дедолларизация отменяется

Россию очень волнует вопрос валюты двусторонней торговли с Китаем. На протяжении многих лет для таких расчётов использовался почти исключительно доллар США, но Москва и Пекин признали, что следует отходить от доллара, учитывая, что Вашингтон всё чаще использует эту валюту в качестве инструмента давления (возможное блокирование операций в долларах, замораживание долларовых резервов). С 2014 года Москва и Пекин на уровне своих правительств и Центробанков вели переговоры об отказе в расчётах от доллара и переходе на использование национальных валют (российского рубля и китайского юаня). И что же? А воз и ныне там.

Если сравнить долю рубля, доллара, евро и других валют во внешнеторговых отношениях России со всем миром и с Китаем, то мы увидим, что долларизация русско-китайской торговли гораздо выше, чем в целом по нашей внешней торговле. А вот позиции российского рубля более слабые, чем в картине торговли России со всем миром. Более того, доля доллара в торговле Москвы и Пекина растет. И это на фоне постоянных мантр о необходимости дедолларизации экономических отношений двух стран!

Торговых контрагентов трудно убедить в необходимости переходить на национальные валюты.

Во-первых, юань и особенно рубль имеют очень ограниченный спектр использования. Российским компаниям, располагающим юанями, крайне сложно делать серьёзные инвестиции в Китае, поскольку там существуют достаточно серьёзные ограничения для иностранцев. А российские юридические и физические лица в Китае воспринимаются как такие же иностранцы, как французы или американцы. Китайцы хитро улыбаются, говорят «дружба», а на самом деле мы для них – иностранцы, «ляоваи» со всеми отсюда вытекающими финансово-экономическими последствиями.

Во-вторых, всем хочется иметь валюту дорожающую, а не обесценивающуюся, тогда как для российского рубля и китайского юаня характерно почти перманентное ослабление курса – для рубля ещё и труднопрогнозируемое. О том, как рубль обвалился в декабре 2014 года, помним не только мы, но и китайцы. Перед этим мы почти договорились с Китаем о более широком использовании национальных валют, но после того обвала все эти договорённости были перечёркнуты.

В последние дни уходящего 2018 года как сенсация прозвучала новость о том, что Китай отказался подписывать межправительственное соглашение с Россией о расчётах в нацвалютах (то самое, которое готовилось с 2014 года). А ведь ещё накануне некоторые чиновники говорили: вот-вот, и соглашение будет подписано, оно уже почти готово. Такое заявление, например, сделал ещё в ноябре бывший первый вице-премьер, а ныне глава госкорпорации «ВЭБ» Игорь Шувалов. Крайне растерянный вид имел и нынешний вице-премьер Антон Силуанов, который 25 декабря сообщил: «Отошли от этого формата по предложению китайской стороны». По его словам, обсуждались такие варианты, как соглашение или хотя бы меморандум о намерениях, однако удалось договориться лишь о том, чтобы дальше «вести переговоры по линии нацбанков, Минкоммерции КНР и Минфина России». Силуанов пытался сделать хорошую мину, заявив, что, мол, расчёты в национальных валютах между странами и так растут, без всякого соглашения, но цифры Банка России свидетельствуют об обратном.

* * *

Вся эта история с соглашением должна стать наглядным пособием для тех наших чиновников, которые живут в мире иллюзий, выдают желаемое за действительное. Для Китая мы не являемся стратегическим партнёром. Несмотря на ухудшение американо-китайских отношений, таковым для них остаётся лишь Америка. Всё внимание Пекина сконцентрировано на Вашингтоне, Москва же интересует в основном как обладатель огромных территорий, которых так не хватает китайцам.

Вашингтон предупредил, что третьи страны, нарушающие санкции против России, сами могут стать объектом санкций, называемых «вторичными». Пекину, и так пострадавшему от торговой войны с США, это совершенно не нужно. Куда легче воздержаться от «развития» и «углубления» экономических отношений с Россией, доля которой в китайской торговле и китайских инвестициях на порядок меньше американской. Это ещё во времена Мао и Сталина — Хрущёва можно было говорить о дружбе и совместном строительстве социализма. Китай сегодня капиталистический, он не будет терпеть финансовые лишения из-за идеи. Сегодня деньги дороже идеи и дружбы. Так что российско-китайские отношения лучше всего описывает формула: «Дружба дружбой, а денежки – американские».

Автор — ученый-экономист, доктор экономических наук, профессор кафедры международных финансов МГИМО, председатель Русского экономического общества им. С.Ф. Шарапова

tsargrad.tv


Поделиться

Читайте также

Загрузка...

Комментарии

Комментарии для сайта Cackle

Новости партнеров

Рекомендуем