В последнее время из-за обилия в информационном пространстве откровенно пропагандистского мусора подвергаются искажению даже основные политологические дефиниции.
Вплоть до того, что термины «социалист», «коммунист», «анархист» или «либерал» подвергаются значительной деформации, лишаясь первоначального смысла.
Новости партнеров
А если утрачивается единство терминологии и люди начинают придавать одним и тем же словам разный смысл, то им становится всё труднее понимать друг друга. Есть даже такое высказывание (не ручаюсь за дословность), что если бы люди договорились о едином понимании значений слов, то войны бы прекратились.
Может, мы и не прекратим войны, но восстановить изначальное значение слов не помешает. Поэтому сделаю небольшой экскурс в историю становления идеологий.
Изначально либерализм возник во времена, когда в Европе доминировали абсолютистские монархии и власть королей была ничем (ни конституциями, ни законами) не ограничена. Любой мог подвергнуться произволу со стороны, кхм, «августейших особ», и никакой управы на это не было.
Великая хартия вольностей, принятая в 1215 году, к тому времени была уже основательно подзабыта. Но не всеми.
Люди, которые подвергали сомнению «божественность» королевской власти и выступали за ее ограничение и предоставление всем возможности защищать себя в суде (равно как и других политических прав и свобод), стали называться «либералы» (от фр. «liberte» – свобода).
В частности, яркими представителями философов-вольнодумцев были Вольтер и Жан-Жак Руссо.
Со временем идеи либерализма развивались. Причём сразу в нескольких направлениях.
Новости партнеров
Из либерального дискурса выделилось несколько течений анархистов. Они считали, что раз государство – это инструмент принуждения и подавления (тогда социалистических государств ещё не было), то оно должно быть уничтожено. А что вместо него? Тут у анархистов не было согласия, и они разделились на анархо-синдикалистов, анархо-коммунистов, анархо-индивидуалистов и так далее.
Яркие представители анархистов – Прудон, Бакунин, Кропоткин.
А потом пришёл товарищ Гегель и всё опошлил. Потому что в своих работах описал основную дихотомию общества «Государство vs. Корпорации». И фактически первым показал, что только сильное государство способно защитить людей от диктатуры корпораций, которая гораздо страшнее диктатуры государства (потому что государство ограничено законами, выборами и прочими элементами системы сдержек и противовесов, а произвол корпораций не ограничен ничем, кроме государства).
Это дало мощнейший идеологический козырь для развития идей социализма. Можно сказать, что социалист – это либерал, который пришёл к неизбежному выводу о том, что только сильное государство способно обеспечить его права и свободы, а также защитить его от корпораций.
Государство в таком случае должно превратиться из инструмента диктатуры меньшинства (или вовсе единоличной власти, как в случае абсолютистских монархий) в инструмент диктатуры большинства (как вариант – пролетариата/рабочего класса).
Главные идеологи социализма/коммунизма – Маркс, Энгельс, Ленин.
Важный уточняющий момент: идеологи социализма говорили не об уничтожении государства, а о его постепенном отмирании по мере построения бесклассового общества. Я бы даже сказал, что не об отмирании, а о трансформации в новые формы и под новые задачи.
Позже (уже ближе к середине двадцатого века) возникло течение либертарианцев, которые выступают за максимальное ограничение роли государства, которое в их версии должно фактически быть силовым придатком к корпорациям, обеспечивающим исключительно неприкосновенность частной (читай «корпоративной», потому что собственность и права отдельных граждан в либертарианстве никого не волнует) собственности.
Новости партнеров
Неолибералы – идеологическая обслуга финансового и корпоративного капитала.
Основоположники либертарианства (оно же «неолиберализм») – Милтон Фридман и Айн Рэнд (швея без управленческого или экономического образования).
Развивая дихотомию «Государство vs. Корпорации», теперь можно утверждать, что все течения, выступающие за ослабление или уничтожение государства, то есть:
— анархисты;
— либертарианцы;
— неолибералы.
Однако на самом деле они служат интересам корпораций и транснационального капитала (читай: «глобалистов» и «фининтерна»).
Потому что чем слабее государство, тем сильнее произвол капитала (у которого давно есть ЧОПы и ЧВК и которому государство с его ограничениями в виде законов и социальной нагрузки давно уже не нужно).
Кстати, Путин, когда говорит, что он либерал, то подразумевает именно классическое, изначальное значение этого слова. И при этом строит сильное государство, которое только и может защитить права и свободы человека. Так что к «неолибералам» он никакого отношения не имеет (наоборот, вступил с ними в борьбу, доказательством чему и являются различные санкции и другое давление глобалистов с целью его свержения).
Вот и получается, что любой настоящий социалист/коммунист ещё и этатист (государственник). Иначе в современных условиях он вольно или невольно является пособником глобалистов. И тогда он уже явно не левый.
Если честно, то я в тихом ужасе, что приходится объяснять на пальцах такие элементарные вещи вроде бы взрослым и образованным людям.
