Дорожная карта российско-американского саммита приобретает все более определенные контуры
Лицом к лицу лица не увидать. Большое видится на расстоянии. Эти слова Сергея Есенина как нельзя лучше подходят к первому за последние годы российско-американскому саммиту. Поэтому надо было сделать известную паузу, чтобы, во-первых, осела словесная пыль поднятая в мировой прессе этим событием. И, во вторых, более четко обозначились контуры будущих отношений Москвы и Вашингтона с учетом корректировок, возможно согласованных двумя лидерами. Сегодня уже кое-что прояснилось и можно делать кое-какие предварительные выводы.
Первое, что можно в этой связи определенно констатировать. Отношения России и США после саммита в Хельсинки хуже не стали. И не могли стать. По той причине, что уже саммит сам по себе, знаменующий наличие у обоих президентов твердой воли к сотрудничеству и совместному поиску решения острых проблем, дал необходимый импульс для конструктивного движения вперед.
Новости партнеров
Подтверждением чему стали заявления обеих сторон о готовности продолжать встречи лидеров в еще более дружественном, домашнем формате. То есть в Москве и в Вашингтоне.
Однако, как мы и предполагали в предыдущих статьях, ожидание немедленных и крупных подвижек в российско-американских отношениях, было явно чрезмерным. Потому что реальные перемены в таковых не могут быть продуктом только одномоментных словесных решений, не подкрепленных соответствующими сдвигами в силовых и волевых возможностях двух держав.
Именно поэтому, в «постсаммитовский» период мы наблюдаем серию весьма неоднозначных сигналов, свидетельствующих о том, что геополитическая шахматная партия продолжается с прежним размахом и каждая из сторон по-прежнему стремиться к сохранению и усилению своих козырей.
Не случайно Россия уже после саммита в очередной раз и весьма наглядно напомнила о своих новейших системах оружия, развитие и принятие на вооружение которых идет полным ходом.
Весьма противоречиво развивается и ситуация в ближневосточном «кластере». Здесь с одной стороны вроде бы наметился некий общий консенсус, основанный на растущей готовности США учитывать неопровержимые реалии, вытекающие из того факта, что Асад и Россия в Сирии безусловно победили. При этом, иранская повестка Вашингтона напротив существенно активизирована, и побуждает его совместно с Израилем укреплять свои анти-иранские позиции по всему Ближнему Востоку, в том числе и в Сирии. Однако и здесь есть, по крайней мере, должно быть некое общее понимание пределов возможного и разумного со стороны всех участников, включая США и Израиль.
Во всяком случае, стандартная модель поведения администрации Трампа на мировой арене начинает проясняться и как таковая внушает некоторые надежды. Его цель достаточно очевидна — самоутверждение, причем прежде всего и любым способом. Что совершенно понятно с учетом его, мягко говоря, шаткого положения на родине. Его метод – сначала нашуметь как следует и напугать очередной объект демонизации, а заодно и весь мир, до синих чертей. А потом дать этому миру возможность облегченно вздохнуть и оценить величие Трампа который, не то что некоторые, с блеском разруливает самые безнадежные ситуации.
И неважно, что таковыми он их сделал сам и следовательно все ключики от этих хитрых ларчиков тоже у него в кармане. Именно так он «разрулил» партию с Северной Кореей. По тому же сценарию этот записной миротворец намерен действовать в Сирии. И в отношении Ирана явно готовится тот же фокус. Зачем спрашивается Трампу поддерживать скорбные тени прошлого, добиваясь от Тегерана выполнения заключенного Обамой ядерного договора? Никаких политических барышей он с этого не получит. Зато, если сначала, с оглушительным треском, порвать этот договор, то есть обнулить ситуацию, а затем устроить по-трамповски безумную истерию – в стиле «вот-вот начнется война», то после этого можно еще раз повторить вариант с Ким Чен Ыном. То есть поехать на саммит с главным иранским аятоллой и записать в свой актив «блестящее урегулирование» очередного конфликта мирового значения.
Новости партнеров
Таков шоумен Трамп, такова американская шоу-политика! И ничего с этим не поделаешь.
Примерно то же самое происходит сегодня и на её российско-украинском направлении. Просто стадии здесь немножко другие. Трампу ничего не надо в данном случае взрывать или срывать. Потому что все, что было можно сделать в этом вопросе, уже сделано до него администрацией Барака Обамы. Которая внаглую хапнула Украину, наплевав на интересы России. И, тем самым, породила тяжелейший и неразрешимый в данной парадигме конфликт с Москвой и всей ее сферой влияния в целом.
И это при том, что такое развитие событий в корне противоречит стратегическим интересам самой Америки. О чем множество раз писал и говорил в своих материалах ваш покорный слуга. И на чем постоянно настаивает гуру американской внешней политики Генри Аллан Киссинджер.
Вот что пишет по этому поводу американская пресса:
«Американский интернет-портал The Daily Beast утверждает, что бывший госсекретарь Соединенных Штатов Генри Киссинджер во время частных встреч с зятем и советником главы Белого дома Джаредом Кушнером советовал администрации Дональда Трампа работать с Россией, чтобы сдерживать Китай.
По словам источников издания в Белом доме, Киссинджер предлагал Белому дому использовать отношения с Россией и другими странами в регионе, чтобы «лишить маневра» «набирающий силу и влияние» Китай
По версии издания, к совету Киссинджера прислушались не только в Белом доме, но и в Совете национальной безопасности, а также в Госдепартаменте и Пентагоне.»
Таким образом, логика действий Дональда Трампа проясняется окончательно. Тем более, что для ее реализации ему только то и остается, что повесить всех собак на своего предшественника в Белом доме, а самому предстать перед миром в очередной раз в безупречном смокинге великого миротворца.
Новости партнеров
И его поездка на саммит с Путиным – шаг именно в этом направлении. Сейчас в Киеве чуть ли не праздник объявлен по случаю опубликованной американским госдепом уже после саммита так называемой «Крымской декларации». На самом деле это ровно то, чего и следовало ожидать. Наивно было бы думать, что американцы после столь явного сдвига отношений с Кремлем (чего стоит одно только обсуждение украинского будущего без участия самой Украины) не сделают некий демонстративный «откат» в целях успокоения качки, неизбежной в случае слишком уж явного геополитического разворота США на Украине. «Крымская декларация» в этом смысле была столь же неминуема как смена дня и ночи. Однако она не случайно случилась уже после саммита, названа именно «декларацией», то есть, попросту говоря, произведением разговорного жанра. И более того, прямо отсылает нас к аналогичным декларациям США насчет непризнания ими принадлежности к СССР прибалтийских республик.
Советскому Союзу, напомню, от этого американского непризнания, было ни холодно, ни жарко. И пока он не самоупразднился, об изменении геополитического статуса Прибалтики не было даже речи. Точно также и с Крымом, «освобождение» которого от России фактически откладывается в долгий ящик. То есть на те загоризонтные времена, когда и если сама Российская Федерация перестанет существовать. Хотя она как раз этого делать не собирается и объективных предпосылок к этому нет никаких.
Таким образом, США только слегка подсластили киевскую пилюлю, горечь которой никуда не делась. Будущее Украины будет решаться отнюдь не в Киеве. Как именно – это остается предметом обсуждения. Прозвучала, в частности, идея о новом референдуме о самоопределении Донбасса.
Проведение такого референдума под многосторонним международным контролем, с точки зрения фундаментальных принципов демократии и безусловного права граждан быть хозяевами своей жизни, идея абсолютно здравая и юридически неотразимая.
Именно поэтому она неприемлема для Запада, который никогда не руководствовался вышеуказанными принципами в своей внешней политике. В том числе и потому, что это для него вообще штука непредсказуемая. Там ведь прекрасно понимают всю меру искусственности украинского проекта, равно как и всю меру противоестественности разрезания по живому всего Советского Союза, с запиранием миллионов его граждан в тюремные клетки фейковых «независимых государств». И они четко отдают себе отчет, что стоит только запустить на постсоветском пространстве механизмы реальной демократии и подлинно народного, гражданского самоопределения, как всё то, над чем западные спецслужбы столько лет усердно работали, развалится как карточный домик.
Потому что вслед за Донбассом о своем категорическом нежелании иметь отношение к мертворожденному украинскому проекту заявят и все остальные его подневольные участники.
Процесс начнется по всему югу нынешней «незалежной». От Харькова до Одессы. Население которого, в своей основной массе, на дух не переносит нынешний киевский режим, считает его незаконным и оккупационным и при малейшей возможности выбора, не задумываясь, поднесет спичку к тому костру, который его спалит.
Тем более, что сам этот режим боится собственный народ все больше, а тот его все меньше. Подтверждением чему стал состоявшийся накануне Крестный ход посвященный 1030-летию крещения Руси. Киевский режим страшно не хотел этого шествия, всячески пугал его участников самыми страшными карами. Вплоть до переворачивания и сжигания автобусов вместе с паломниками. Но в конечном итоге трусливо спустил все на тормозах и не решился дать команду своим бандитам на расправу с участниками шествия.
Но югом Украины при таком развитии событий дело, скорее всего, не ограничится. Западные регионы этой шитой белыми нитками державы находятся в еще большем страхе за свое будущее на фоне растущих из года в год геополитических амбиций соседней Польши. Для местного населения, при всей его нелюбви к России, страх перед Польшей с её исторически мотивированной готовностью вернуть эти земли «законным хозяевам», то есть самим полякам, не испытывающим, мягко говоря, никаких нежных чувств к жителям Галичины, может перевесить их привычную русофобию.
Так что референдум о свободе Донбасса, пусть даже проводимый в рамках эфемерной «украинской государственности», гарантированно станет тем детонатором, который не оставит от этой кое-как склеенной укродержавы даже формальных регалий.
Таким образом, если Запад и, прежде всего, США продолжат исходить из нынешней, уже явно провальной, и главное чужой для Трампа обамовской концепции единой и полностью русофобской Украины, то, конечно же, идея такого референдума для них абсолютно неприемлема.
Однако! Кто сказал, что в отношении будущего этого пространства, в том числе и Украины, с точки зрения того же Запада, исключены любые другие варианты? Во всяком случае, рафинированный прагматизм западной политики и легендарная способность её основных проводников переобуваться в воздухе в части подходов к решению тех или иных проблем, давно уже стали общеизвестным фактом. Что же касается президента Трампа, то у него, как уже отмечалось выше, имеется очень сильная мотивация решительно сбросить с себя обременительное наследие прошлого и делать свою собственную, более перспективную политику.
И если нынешний формат обанкротившегося украинского проекта станет тому же Трампу не впору, как костюм, пошитый в другие времена, то он, без всякого сожаления, поменяет эти обноски на новое платье. А такая возможность – несоответствия данного укроформата современным намерениям и возможностям Запада отнюдь не равна нулю.
Иначе бы Трамп просто не ездил на встречу с Путиным. А его дипломатия не стала бы искать совместно с ним и в обход киевского режима, новые пути разрешения украинской проблемы.
И вот с учетом всего этого, вариант твердокаменной поддержки тем же Вашингтоном «единой и неделимой» в своей русофобии, но, увы Западу, нежизнеспособной Украины, уже не представляется таким уж безальтернативным. И желание приделать, наконец, этому неподъемному украинскому чемодану удобную «ручку», вполне может стать для Запада достаточно актуальным.
И тогда предложенный Путиным механизм цивилизованного прощания с украинским проектом может оказаться весьма востребованным. Хотя бы потому, что в любом случае он более предпочтителен для Запада, чем нынешнее положение этой зависшей между землей и небом территории, которая, в случае сохранения своей неприкаянности, вполне способна чего доброго целиком рухнуть в объятия той же России.
Поэтому путь плавного размежевания украинской территории, посредством механизма местных референдумов, может показаться Вашингтону не самым плохим выходом из положения. Тем более, что в этой затее Штаты вполне могут опереться на ту же Польшу. Которая сочетает в себе два ценнейших, с точки зрения Вашингтона, качества. Безусловную преданность не имеющего иного выбора геополитического сателлита и великодержавные польские амбиции, которые не только не потускнели, но наоборот, стали еще более пламенными после веков непростой польской истории.
Недаром же накануне саммита с Путиным, Дональд Трамп провел весьма публично оформленную встречу с другим Дональдом – поляком Туском. Который не перестал быть адептом польских имперских интересов, хотя и работает нынче главой Евросовета. Так вот, оный Туск, с явного ведома Вашингтона, публично озвучил тему усталости Трампа от Украины. С чего бы он стал нести такую явную крамолу в массы, если бы на Западе не бродили на этот счет соответствующие мысли?
Все это, в определенных условиях может привести к тому, что идея проведения украинских региональных референдумов не покажется администрации Трампа чем-то категорически неприемлемым. И даже вполне подходящим — в целях реального ограничения, под видом невиданной американской щедрости, российских благоприобретений на Украине. И создания, что еще более важно для Америки, мощнейшего польского противовеса, как той же России, так и всё более самоопределяющейся Германии.
Для Америки, с ее традиционной склонностью к роли главного мирового арбитра и третьего радующегося, и для самого Дональда Трампа которому как воздух необходима собственная «история великих побед», такой будущий европейский геополитический расклад может показаться весьма привлекательным. И если для его воплощения в жизнь Вашингтону понадобится принять окончательное решение в отношении украинского чемодана без ручки, то я не вижу ни одной причины, по которой он не захочет это сделать. Во всяком случае, пламенная любовь к киевским «защитникам мировой демократии» среди таковых точно не значится.
