Некоторое время назад активизировались разговоры о «евроинтеграции» украинской энергетической системы в европейскую систему ENTSO-E. Такое действие, как и вся евроинтеграция в целом, носит не экономический характер, а чисто политический (и откровенно вредит экономическим интересам Украины).
Глава Национальной энергетической компании (НЭК) «Укрэнерго» Всеволод Ковальчук заявил в недавнем интервью, что «интеграция украинской энергосистемы в европейскую создаёт предпосылки для снижения цен на электричество для населения».
Новости партнеров
По словам Ковальчука, «согласно европейской статистике, объединение энергосистем и рынков приводит к падению цен на 20-30% в интегрировавшейся стране на момент присоединения».
Как всегда, евроинтеграторы врут.
Чтобы понять, что утверждения Ковальчука – это наглая и тупая ложь, достаточно посмотреть на цены в различных странах Евросоюза.
Во-первых, нет никакой «единой рыночной цены», о которой они бредят. Разброст цен на электричество в ЕС огромный – от 30 евроцентов за кВт в Германии до 10 евроцентов в Болгарии и около 6 евроцентов в Сербии.
Таблица от 2016 года, свежее не нашёл.
Во-вторых, цена на электричество во всех странах Евросоюза выше, чем на Украине. Так что никаких предпосылок для её снижения нет. Абсолютно никаких.
Новости партнеров
Скорее цена на электричество на Украине повысится примерно до среднеевропейских показателей, а это примерно 15-16 евроцентов за кВт, то есть электричество для украинцев подорожает ещё примерно в 5 раз.
Единственная заинтересованность в интеграции как раз в надежде на экспорт электричества из Украины в страны ЕС (и население от этого никак не выиграет). Но и тут возникает целый ряд вопросов. И, прежде всего, ключевая проблема в том, что энергогенерация на Украине последние годы не растёт, а падает.
А сама отрасль переживает сложные и системные проблемы. Энергоблоки на АЭС регулярно выходят из строя, потому что фактически исчерпали свой ресурс. Ресурс ГЭС повысить вряд ли получится – всё, что можно, уже выжимается. А генерация на ТЭС зависит от газа и угля, с которыми у Украины уже четвёртый год существенные проблемы.
Да, в теории Украина обладает запасами энергомощностей, позволяющих не только покрывать полностью потребности населения и остатков промышленности, но и экспортировать, но на практике всё упирается в хронический дефицит углеводородов.
В результате, несмотря на падение промышленного производства, потребляющего много электроэнергии, Украина несколько лет не может толком удовлетворять потребности даже собственного населения в электричестве. И веерные отключения, о которых россияне уже много лет как забыли, на Украине во многих местах – обыденность.
О каком экспорте электроэнергии в ЕС тогда вообще может идти речь?
Вот что говорит об этом президент Ассоциации операторов распределительных электросетей Украины Виталий Григоровский (ожидая, что вместо поставок своей электроэнергии в Европу наша страна может получить увеличение ее импорта из ЕС в среднесрочной перспективе): «Никакой эйфории и никаких иллюзий не должно быть. В скором будущем мы можем столкнуться с тем, что в Украину из объединенной европейской энергосистемы начнется поставка электроэнергии, имеющей «зеленый» сертификат происхождения (то есть произведенной на объектах возобновляемой энергетики)».
Он акцентировал внимание на том, что сторонники подобной интеграции энергосистем, апеллирующие к возможности нарастить в будущем экспорт отечественной электроэнергии, пытаются выдать желаемое за действительное и сознательно вводят общественность в заблуждение.
Новости партнеров
Европейцы, к примеру, легко могут ограничить доступ украинской электроэнергии (даже если получится её генерировать в необходимых объёмах, что сомнительно), введя ограничение на «грязную» энергию в рамках Парижского соглашения о декарбонизации (снижении содержания углекислого газа в атмосфере).
Между тем, комплекс мер по синхронизации энергосистем Украины и ЕС (не считая многочисленных законодательных и прочих «бумажных» проблем) обойдётся Украине в сумму от 800 миллионов до 1 миллиарда евро.
Окупаемость подобных инвестиций, учитывая, что и Венгрия, и Польша весьма слабо нуждаются в импорте электроэнергии (большую часть потребностей они закрывают своими генерирующими мощностями), крайне сомнительна.
Нужно также учитывать, что процесс интеграции займёт как минимум пять лет (по существующему плану – от трёх лет на модернизацию самой энергосистемы и ещё два года на её тестирование по европейским стандартам, только после которого будет принято решение о фактической интеграции), так что хоть какие-то теоретические бонусы от экспорта электроэнергии Украина сможет получать не раньше 2022 года.
При этом начиная с 2021 и по 2025 на украинских АЭС массово закончатся предусмотренные конструкторской документацией сроки эксплуатации, и нужно будет выводить их всех из оборота (или значительно инвестировать в модернизацию, что пока крайне сомнительно). Так что вполне может оказаться, что когда возможность для экспорта электроэнергии в ЕС появится, экспортировать уже будет нечего.
Но для нынешнего киевского режима практичность и экономическая целесообразность проектов не имеет значения. Для них главное «гэть вид Москвы», любой ценой и с любыми убытками и потерями.
