Сегодня стало окончательно понятно, что возня вокруг фильма «Матильда», инициированная Натальей Поклонской, не имеет отношения собственно к православию. «Ответственность за ситуацию вокруг фильма Алексея Учителя «Матильда» несет Фонд кино», — заявил режиссер Никита Михалков, выступая в Ялте на пресс-конференции перед открытием кинофестиваля «Евразийский мост».
Спор между не видевшими фильм «Матильда» его сторонниками и противниками уже привел к материальным потерям. Сожжены две машины у офиса адвоката Алексея Учителя и кинотеатр в Екатеринбурге. «Возмущает ситуация умышленно нагнетаемой истерии вокруг, в принципе, обычного художественного фильма», — написал министр культуры Владимир Мединский в своем Твиттере.
Новости партнеров
Он-то фильм видел.
Как видел его и митрополит Волоколамский Иларион, выступивший от имени Синодального отдела Патриархии по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ. «Сейчас нас пытаются поставить перед выбором: либо ты поддерживаешь «Матильду», либо ты с теми, кто призывает сжигать кинотеатры. А как быть тем, кто не с одними и не с другими? Я, например, выступаю безоговорочно и категорически против любых призывов к насилию, любых угроз в адрес кого бы то ни было, будь то режиссер, актеры, прокатчики и т.д. Я также выступаю против запрета показа фильма, против возрождения цензуры по советскому образцу. Но в то же время никак не могу и не хочу становиться на сторону тех, кто этот фильм защищает», — написал авторитетный иерарх.
Но в его коротком комментарии есть куда более значимые для меня слова: «Я свое мнение о фильме высказал не на основании трейлера, а на основании просмотра его полной версии. Мое мнение обидело режиссера, пригласившего меня на предпросмотр, но покривить против совести я не мог. И отмолчаться тоже не мог».
Это и называется полемика — дискуссия, иногда жесткая. Но без насилия, поджогов и кровопускания.
Наталья Поклонская внесла в наше общество мерзкий майданный душок и, как высказался Станислав Говорухин (который, кстати, тоже видел картину) «из хороших побуждений разбудила все мракобесные силы и нанесла этим ущерб».
У него нет претензий к Алексею Учителю как к режиссеру. Но сама идея «Матильды» кажется ему спорной. «Это фильм, который достоин и обязан быть подвержен критике, как все произведения искусства. Если режиссеру достанется, то поделом», — считает Говорухин.
Это тоже часть полемики. И никто из нормальных людей возражать против нее не может.
Новости партнеров
Но ведь Наталья Поклонская не пытается дискутировать — она желает запрета, то есть, радикального решения вопроса. Так на Майдане требовали немедленной отставки Януковича, которая в итоге закончилась разрушением Украины как государства. Привели к нему те же мракобесные силы из тех же лучших побуждений, что сегодня радикализируют наше общество, вместо того чтобы цивилизованно искать и находить компромисс.
Мракобесие имеет такое же отношения к православию, как Майдан — к законности и порядку.
Свои собственные представления о христианском грехе, светской истории и искусстве недалекая блондинка умудрилась внедрить в сознание теперь уже миллионов россиян. «Зачем вы это делаете? — спросил ее первый зампред председателя комитета Госдумы по культуре Владимир Бортко и, между прочим, весьма неплохой режиссер. — Она говорит: а вы что, с ними? Я сказал: я с Госдумой, и посоветовал бы вам быть потише. Она сказала: я буду действовать так, как мне подсказывает… как ей что-то подсказывает».
Для меня очевидно, что Наталья Поклонская до сих пор не прижилась в России, не выдавила из себя воинствующее украинство. И я в который раз убедился, что за то время, пока мы живем по разные стороны искусственной границы, мы с Украиной основательно разошлись в способах решения социальных проблем. Сейчас уже неважно, что собой представляет фильм «Матильда» — важно, что спор о нем ведется в тех деструктивных формах, от которых мы успели отвыкнуть.
К счастью, одной сумасшедшей блондинки, даже депутата Государственной думы, уже недостаточно, чтобы разрушить страну. Все-таки Россия — не Украина. Справимся с обеими — и с «Матильдой», и с Поклонской. И будем жить дальше.
