Москва разделяет опасения Парижа, что террористы могут сбежать из Сирии в другие страны, нельзя позволить им скрыться. Об этом заявил в пятницу министр иностранных дел России Сергей Лавров по итогам переговоров с главой МИД Франции Жан-Ивом Ле Дрианом.
«Мы разделяем озабоченности наших французских партнеров относительно того, что террористы могут попытаться сбежать из Сирии в другие страны, в том числе в Европу, в Центральную Азию, в РФ, и создавать там новые угрозы, — продолжил министр. — Наш подход абсолютно ясен: террористы должны быть разгромлены, нельзя позволить им скрыться».
Новости партнеров
«Мы были солидарны в необходимости подталкивать вперед и процесс политического урегулирования, содействовать этому процессу, — констатировал Лавров. — Исходим из того, что вскоре после шестой астанинской встречи будет созван очередной раунд переговоров в Женеве. Над этим сейчас активно работает [спецпосланник генсека ООН] Стаффан де Мистура. Там также намечаются подвижки, прежде всего, на конституционно-правовом и контртеррористическом направлении, и самое главное — создаются условия также, как это сделано в Астане, — для четкого, конкретного прямого диалога между правительственной делегацией и делегацией оппозиции».
По словам главы российского внешнеполитического ведомства, РФ и Франция считают, что в процессе сирийского урегулирования есть признаки достаточно осязаемого прогресса.
«Считаем, что есть признаки достаточно осязаемого прогресса [в Сирии]. Действуют три зоны деэскалации — на юго-западе, в Восточной Гуте и на севере провинции Хомс, — отметил Лавров. — 13-15 сентября в Астане пройдет уже шестая международная встреча по сирийскому урегулированию, в ходе которой мы рассчитываем договориться о четвертой зоне деэскалации в Идлибе. Она наиболее сложная, поэтому ее согласование занимает так много времени».
По словам главы МИД РФ, создание таких зон расширит возможности для улучшения гуманитарной ситуации в Сирии. «В три созданные зоны гуманитарная помощь уже может доставляться беспрепятственно, — сказал он. — Все это позволяет и правительственным войскам, и вооруженным формированиям, которые подписали договоренности о прекращении огня в связи с созданием зон деэскалации, сконцентрироваться на решении главной задачи — ликвидации остатков террористического интернационала в САР, прежде всего ИГИЛ (прежнее название запрещенной в РФ террористической группировки «Исламское государство» — прим. ред.), «Джебхат ан-Нусры» и прочих организаций, которые в качестве террористических признаны Советом Безопасности ООН».
Министр сообщил, что в ходе переговоров стороны также обсудили функционирование двух подгрупп международной группы поддержки Сирии — по гуманитарным вопросам и по вопросам безопасности и соблюдения режима прекращения огня. «Мы, как и французские коллеги, заинтересованы в том, чтобы более эффективно работали все эти механизмы, и говорили о том, как лучше использовать возможности, имеющиеся у постоянных членов СБ ООН, в этих целях вместе с другими государствами», — пояснил Лавров.
Подтолкнуть к более эффективной работе
По словам Лаврова, Москва считает важным подтолкнуть действующие механизмы по Сирии к более эффективной работе.
Новости партнеров
«Я вижу важность [того], чтобы подтолкнуть работу всех механизмов по Сирии, которые должны эффективно функционировать, — сказал Лавров. — Видим, как эффективно работает астанинский процесс. Да, не без сложностей, потому что приходится искать баланс между очень противоречивыми интересами. Медленно, но верно это удается сделать, прежде всего, потому, что все, кто участвует в этих усилиях, думают о прекращении войны в Сирии и о необходимости высвободить силы и ресурсы на главный приоритет — подавление терроризма».
Министр коснулся и женевского формата, в его рамках «уже создана критическая масса, которая вот-вот должна позволить с опорой на договоренности о создании зон деэскалации завязать прямой диалог между правительством Сирии и оппозицией». По его словам, значительную помощь в этом оказывают партнеры из региона, особенно Саудовская Аравия, выступившая с инициативой объединения сирийских оппозиционных групп — так называемого Высшего комитета по переговорам, «московской» и «каирской» платформ.
«Есть механизм двух подгрупп в Женеве — по гуманитарным вопросам и по режиму прекращения боевых действий, — продолжил глава МИД РФ. — В отношении химоружия (абсолютно неприемлемая ситуация, когда оно применяется) есть совместный механизм расследования, созданный ООН и Организацией по запрещению химоружия».
«Убежден, что если все мы будем способствовать эффективной, четкой работе всех уже созданных механизмов, в которых представлены все без исключения региональные и внерегиональные игроки, то добьемся результата, — заявил он. — Постоянные члены СБ ООН должны ощущать свою особую ответственность за полное выполнение резолюции 2254».
